Книга Пока не закончатся звезды, страница 235 – Инма Рубиалес

Я и раньше разочаровывался в любви: например, с Мишель и с другими девушками до нее. Однако ни одна из них не причиняла такой боли, и это наводит меня на мысль, что, возможно, тогда я не знал, что такое настоящая любовь.

Майя – первая, в кого я влюбился, и единственная, от кого я хотел взаимности.

И это делает ее моей первой безответной любовью.

Как бы я ни старался вытеснить эти разрушительные мысли из головы, у меня ничего не получается. Со вчерашнего дня я реву как ребенок. Наш разговор постоянно крутится у меня в голове. Мне бы хотелось вытащить сердце из груди, чтобы перестать чувствовать, потому что каждый раз, когда я вспоминаю ее слова, оно словно скручивается. Гораздо проще было бы утопить горе в бутылке, но Эван всю ночь где-то был – полагаю, что с Лизой, – а в шкафу я не нашел алкоголя.

Вздохнув, я собираюсь с силами и напрягаю одеревеневшие мышцы, чтобы встать с дивана. В гостиной царит беспорядок, но мне плевать. Я сразу иду на кухню, чтобы сварить кофе. Раньше Майя готовила его каждое утро перед уходом на работу. Когда я спросил ее зачем, она ответила, что тоже пристрастилась к нему. Я всегда знал, что это ложь и что на самом деле она по-прежнему его ненавидит и готовит только для меня. Эта мысль причиняет мне боль. Включив кофеварку, я отправляюсь в спальню, чтобы переодеться.

Только войдя в комнату, я вспомнил, почему не спал здесь.

Майя повсюду.

На столе лежат ее блокноты и ноутбук, в шкафу – ее одежда, а на прикроватной тумбочке – пара сережек. Я раньше не понимал, сколько места она занимает в моей жизни. Помню, как предложил ей провести здесь несколько недель. Мне нравилась идея, что она будет чувствовать себя спокойно вдали от Стива, а я смогу поддержать ее в трудный момент после смерти сестры. В результате теперь я ощущаю ее присутствие во всей комнате. Как будто она все еще тут.

Стараясь не обращать внимания на давление в груди, я открываю гардероб и натягиваю чистую футболку и спортивные брюки. Также надеваю кроссовки. Мне нужно чем-то занять свои мысли. Вернувшись в гостиную, я беру телефон и снова усаживаюсь на диван. Я удаляю все песни 3 A. M. из своего плейлиста – не могу слушать их не вспоминая о ней, – когда кто-то с трудом отпирает дверь.

Мое сердце учащенно забилось. У Майи есть ключ, и я сразу подумал, что это она.

Но это Лиза и Эван.

Они входят смеясь, но затем видят меня в гостиной, и с их лиц сползают улыбки. А я просто смотрю на окружающий беспорядок и сглатываю, прежде чем сказать:

— Мы с Майей расстались.

Воцаряется гробовая тишина.

— Дружище, – шепчет Эван через несколько секунд. Бросив ключи на стол, он спешит в мою сторону.

Если и есть что-то хуже расставания, так это жалость. Я чувствую унижение, поэтому тут же поднимаюсь, пока он не подошел, чтобы обнять меня. Уловив намек, Эван замирает на месте. Он смотрит на Лизу, которая стоит чуть поодаль.

— Мне очень жаль, – говорит она. В ее голосе звучит обида.

Я напряженно пожимаю плечами. Вчерашний разговор с Майей все еще не выходит у меня из головы.

— Все нормально, – вру я. Я опустошен, но не говорю об этом.

— Что случилось? – осторожно спрашивает Эван.

Я с трудом подбираю слова.

— Мы знали, что ничего не выйдет.

— Лиам… – начинает Лиза, но я не выдерживаю.