Книга Тайный сад в Париже, страница 15 – Софи Бомон

Виржини бросила на нее успокаивающий взгляд.

— Мы знаем, что для тебя, учитывая все обстоятельства, сейчас затруднительно было бы платить за хорошую школу, – обратилась она к Ариэль, – так что мы готовы помочь. И даже оплачивать обучение полностью, если надо – правда, Тьерри?

Тьерри слегка кивнул:

— Правда.

Ариэль нахмурилась:

— Очень щедрое предложение, но нет никакой нужды…

— Еще мы думаем, что детям полезно было бы иметь больше пространства, чем здесь, – перебила ее Виржини. – А рядом с нами есть очень хорошая школа. И вот наше предложение: дети поступают туда и в течение учебного года живут с нами. За все платим мы.

Полина ахнула, но Ариэль была безмолвна.

— И ты тоже можешь приехать и жить с нами, – произнес Тьерри с ноткой тревоги в голосе, бросив взгляд на жену. – Понимаешь, в нашем положении мы можем много предложить, и мы действительно хотим для наших внуков всего самого лучшего. И для тебя, Ариэль, – поспешно добавил он.

Теперь все смотрели на Ариэль.

Она чувствовала, как из нее наружу рвется ярость, но сумела сказать:

— Нет.

— Но почему нет? – не сдавалась Виржини. – Ведь не может же тебя устраивать вот такая… – она презрительно-снисходительным жестом обвела гостиную, – такая ограниченная жизнь с ограниченными перспективами для детей.

— Прекратите, прошу вас.

— Подумай, – сказал Тьерри. – Ведь нет необходимости решать прямо сейчас.

Ариэль хотелось заорать, бросить им прямо в самодовольные рожи не только это мерзкое предложение, но все пережитые ею унижения, их прошлое безразличие к внукам, их представления о правильной жизни, ради которых так изворачивался Людо, – все вместе. Но она сумела овладеть собой и лишь сказала вежливо:

— Извините, но я думаю, что вам лучше будет уйти прямо сейчас.

Глаза у Виржини вспыхнули, руки затряслись.

— Запомни, Ариэль! – прошипела она. – Они дети нашего сына столько же, сколько и твои, и у нас есть полное право…

Ее прервал муж, мягко взявший ее за локоть.

— Перестань, милая. Вернемся к этому разговору, когда все успокоятся. – Он обернулся к Ариэль и Полине: – Что ж, тогда до свидания.

Полина коротко кивнула и проводила их до двери, но Ариэль не сдвинулась с места. У нее в ушах еще звенели слова, сказанные Грандье. Даже при всем их бесконечном эгоцентризме, как могли они вообразить, что она согласится на такое предложение? Будь жив Людо, осмелились бы они предложить подобное? А вот, может, и осмелились бы, мелькнула тусклая мысль, а он, может быть, им бы и уступил. Ариэль сжала кулаки. Нет, она бы никогда такого не допустила!

Полина вернулась и обняла сестру.

— Ты как, нормально?

— Кажется, нет, – сказала Ариэль шепотом. И тут ей стукнула в голову догадка, от которой она в шоке уставилась на сестру. – Я ведь только сейчас сообразила, что дети – боже ты мой, дети! – решили, что их увезут!

Она бросилась в комнату близнецов, распахнула дверь.

— Гран-маман и гран-папа уехали, – сказала она, и от того, как с любимых маленьких лиц сразу исчезла тревога, у нее кольнуло в груди.

Крепко их обнимая, она спросила, стараясь говорить весело:

— Вы голодные?

Они закивали.

— Вот и хорошо, потому что мы с тати́ Полиной накупили и наделали столько еды, что нам нужна в помощь пара голодных детей – особенно если учесть вкуснейший десерт!