Книга Девушка из другой эпохи, страница 37 – Фелиция Кингсли

— Целых двенадцать? – Арчи дружелюбно касается моей щеки. – Молодец, Ребекка!

— И тебе не терпится от меня избавиться? – спрашиваю я.

— В действительности нет, так как стоит тебе выйти замуж, как все внимание моей матери обратится на меня и на поиски моей будущей супруги. Более того, сегодня я пойду в клуб и устрою так, чтобы к вечеру все узнали, что я не собираюсь выдавать авансы из твоего приданого. Посмотрим, сколько останется из этих ухажеров, – посмеивается он.

— Ты этого не сделаешь, Арчибальд! – возмущается тетя. – Я сейчас же иду писать леди Сефтон, расскажу ей эти замечательные новости.

— Не в твоих интересах отваживать претендентов Ребекки, а то так и будешь всю жизнь тащить ее на своем горбу, – предупреждает его дядя. – Если она останется старой девой, тебе придется кормить еще один рот.

— Хоть Ребекка любит хорошо поесть, на семейный бюджет ее аппетит окажет куда меньшее воздействие, чем твой, Элджернон, – укалывает его в ответ Арчи. – Так скажи, кузина, есть ли среди них джентльмен, что пришелся тебе по сердцу?

— Нет. – Никто не смог бы убедить меня остановить Гвенду и помешать ей поскорее высчитать время моего возвращения домой.

— В твоем возрасте уже не до капризов! – вопит дядя.

— Потому что, к твоему сведению, – продолжает Арчи, – герцог Уиндэм объявил в «Уайтсе», что намерен подыскать себе жену в этом году. И думаю, что он не случайно сказал это в моем присутствии.

Ну, этот герцог Уиндэм совсем неплох…

Арчи садится в кресло, листая газету.

— Жду не дождусь среды. Сфинкс так и не дописал «Загадку писаря», и мне не терпится прочитать, чем там все закончилось.

— Да автор, должно быть, из тех, чей разум уже так затуманен, что он понятия не имеет, как этот конец написать, – хмыкает дядя Элджернон.

В зал входит дворецкий Норберт, в руках у него перевязанная бантом шкатулка:

— Наш сосед, сэр Нокс, прислал подарок леди Ребекке.

Дядя смотрит на него, вытаращившись:

— Не собирается же и этот ренегат ухаживать за ней?

— Едва ли, – отвечаю я.

— Слуга, который его передал, сказал, что это китайское средство от мигреней, – объясняет Норберт.

— Очень любезно, – замечает изумленный Арчи.

Подарок от Нокса, мне? Беру шкатулку, развязываю небесно-голубую ленточку и открываю: внутри несколько пузырьков с темной жидкостью и записка.

«Раз уж вы, судя по всему, не в состоянии самостоятельно приобрести их, вот чернила наилучшего качества из возможных. Их привозят из Шанхая и используют в медицинской сфере для облегчения болей от ожогов, поэтому даже если вы запачкаете руки, то чернила не только не нанесут вред вашей коже, но и вылечат раздражение, нанесенное теми ужасными чернилами, которыми вы пользуетесь в данный момент.

Р. Н.

P. S. Мне показалось это достойной компенсацией за возможность прочитать конец „Загадки писаря“ раньше прочих».

Сама не заметив как, я стискиваю в руке записку.

— Что-то передать сэру Ноксу? – спрашивает Роберт. – Его слуга получил распоряжение подождать.

Иду к письменному столу Арчи и пишу ответ:

«Вор.

Р.».

Запечатываю конверт и передаю Норберту, чтобы он вручил его слуге.

Нет, вы только посмотрите на этого негодяя!

От нервного напряжения не могу усидеть на месте и начинаю ходить взад-вперед по комнате.

Ответ приходит практически немедленно: