Книга Брак по расчету, страница 92 – Фелиция Кингсли

— Как круто! – с восторгом восклицаю я. – Люди должны идти позади меня, потому что я герцогиня, а они – нет!

— Именно, ваша светлость. Это круто, – подтверждает Ланс все с тем же бесстрастным выражением лица. – Но пойдем по порядку. Официальная процессия делится на ранги: сначала идут герцоги, затем маркизы, затем графы, виконты и, наконец, бароны. Разумеется, это касается и их жен.

— А София Скайпер-Кенситт? Какой у нее титул? – нетерпеливо спрашиваю я.

Ланс на мгновение задумывается, а потом отвечает:

— Графиня, пока она остается в доме своего отца.

— Да! Эта зараза может поцеловать меня в задницу! А Линда Риксон? И Джулия Бромли? – тороплю его я.

— Риксоны – графы, Бромли – бароны, – без промедления отвечает он.

Я счастливо хлопаю в ладоши, радуясь в душе, что благодаря столь неудобному для меня титулу сумела одержать маленькую победу. Ладно, получается похоже на новые туфли на каблуке: очень больно, но стоят того, чтобы носить.

— Однако есть и титулы, которые стоят выше вас в иерархии. Будучи герцогиней, вы находитесь достаточно высоко, но не настолько, чтобы входить первой. Прежде всего идет королевская семья, за ней – архиепископ Кентерберийский, затем лорд-канцлер, премьер-министр, лорд-казначей и лорд – хранитель печати.

Но я уже не слушаю: мысленно я перебираю тех, кто должен почтительно идти позади меня.

— Получается, как жена герцога Англии с наследственным титулом я иду практически сразу после королевской семьи!

— А также после архиепископа Кентерберийского, лорда-канцлера, лорда-казна…

— Да-да, я поняла, – резко перебиваю его я. – Просто хотела сократить.

— Ваше обучение потребует от вас много терпения, – бросив взгляд на настенные часы, замечает Ланс.

— Завтра следующий урок? – нетерпеливо спрашиваю его я.

— Как пожелает ваша светлость. Есть ли определенная тема, про которую вам хотелось бы узнать больше?

— Даже не знаю… Так ли важно говорить по-немецки? – спрашиваю я, мысленно молясь услышать «нет».

Ланс кивает:

— И по-французски, разумеется.

Я удрученно откидываюсь на спинку дивана. Да уж, мне придется стать гением, чтобы выучить два языка!

Ланс ободряюще улыбается мне:

— Мы обязательно найдем еще интересную тему для обсуждения. А сейчас, если ваша светлость позволит, я провожу вас в ваши покои. Боюсь, вы еще не в состоянии ходить самостоятельно.

— Спасибо, Ланс. – Я прошу его подойти поближе, чтобы обхватить за шею.

Ланс помогает мне устроиться в кровати и положить ногу на мягкую подушку с отеческой заботой.

— Следующие несколько дней оставайтесь в постели и не двигайтесь. Мы обо всем позаботимся.

Ланс уже на пороге и отвернулся от меня, когда я робко спрашиваю:

— А у Порции? Какой у нее титул?

— Ее отец – маркиз.

— О, – разочарованно вырывается у меня. Я с ней еще не знакома, но уже надеялась, что ее титул будет пониже.

— Но у ее семьи этот титул лишь с тысяча восемьсот тридцать второго года, – добавляет он.

— Спасибо, Ланс. – Мое сердце затапливает необъяснимое удовлетворение.

Я замечаю, что место справа от меня пустует и сегодня.

С той охоты Джемма закрылась у себя в комнате. Из-за вывиха колена она вынуждена оставаться в постели, но уже прошло больше десяти дней.

Она не хочет ни видеть меня, ни говорить со мной – не то чтобы меня это беспокоило, но я бы очень хотел знать, не объявлялся ли больше этот негодяй Уиллоуби.