Книга Ранчо страстных признаний, страница 60 – Лайла Сэйдж

Это фраза вызвала у нее улыбку. Тедди редко мне улыбалась. Мы с ней не очень ладили, но, черт возьми, какой красивой она была в тот момент.

Я тоже улыбнулся ей – а это случалось еще реже, – и в воздухе между нами снова что-то неуловимо изменилось.

Тедди провела ладонями вверх по моим рукам и обняла за шею. Что-то во мне сорвалось. Я притянул ее к себе, так что между нами совсем не осталось пространства, и впился в ее губы.

Я целовал ее так, будто ждал этого момента всю свою жизнь, будто мог умереть, если не прикоснусь к ее губам прямо сейчас.

И она поцеловала меня в ответ.

Я бы продолжал и дальше – сделал бы с ней гораздо больше, чем просто поцелуй, – но в этот момент дверь распахнулась, и в переулок высыпала компания подвыпивших посетителей «Сапога дьявола».

Я отстранился, стараясь не застонать при виде ее припухших от поцелуя губ.

Она внимательно изучала мое лицо. Обычно, когда она на меня смотрела, ее взгляд был похож на кинжал – ледяной голубой кинжал. Но сейчас в нем было что-то мягкое, теплое, опасное.

Мне снова захотелось поцеловать ее.

Может, именно поэтому я и сделал это в первый раз – потому что «захотел». А я редко чего-то хотел. У меня просто не было на это времени.

Но увидев Тедди сегодня – прикоснувшись к ней, оказавшись с ней наедине, заметив, как она выглядит в лунном свете, – я почувствовал, что теряю почву под ногами.

— Густ? – тихо произнесла она.

Я несколько раз моргнул, ее голос и гул в переулке вернули меня в реальность.

Черт!

Я только что поцеловал лучшую подругу своей младшей сестры. Ту, которую обычно терпеть не мог. И я хотел еще.

Видимо, я перебрал с алкоголем. Но чувство, поднимающееся во мне, было слишком сильным. Слишком мощным. Слишком опасным. Я знал, что оно может поглотить меня. Не знаю откуда, просто знал. И слишком много всего, включая будущее «Ребел блю», стояло на кону, чтобы позволить этому случиться.

— Я… я… – запнулся я.

Несколько секунд пытался подобрать слова, а потом наконец выдавил:

— Ничего не было.

— Что? – еле слышно спросила Тедди.

— Забудь, что это произошло.

Я развернулся и зашел обратно в бар.

— Привет, – сказала она, заходя на кухню.

— Привет, – ответил я, обернувшись.

Думал, при свете дня вчерашнее наваждение развеется. Но я ошибался. Мне все еще хотелось ее поцеловать. Хотелось так сильно, что путались мысли.

Может, дело было в том, с какой любовью она говорила о моей дочери. Может, в том, как она выглядела в своих дурацких коротких шортах и майке. Или в том, как ее дыхание щекотало мою шею, когда мы смотрели на спящую Райли.

А может, я наконец заметил, что Тедди любила мою семью так же сильно, как и я. И что я все это время недооценивал ее и только теперь понял, какой был дурак.

Я поставил чашку и подошел к ней поближе.

— Что-то не так? – спросила она, смущаясь.

Тедди никогда не ходила вокруг да около, и я тоже решил говорить прямо.

— Вчера я хотел тебя поцеловать, – сказал я.

Она опустила глаза.

— Знаю, – сказала она негромко. – Я там была.

— И думаю, ты этого тоже хотела, Теодора.

Боже, я чувствовал себя шестнадцатилетним мальчишкой.

Тедди ничего не ответила. Я приподнял ее подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза.

— Позволь мне? – тихо спросил я. – Только один разок.

Ее взгляд скользнул по моим губам – так же, как семь лет назад. Так же, как прошлой ночью. Ее руки легли мне на талию.