Книга Ранчо одиноких сердец, страница 50 – Лайла Сэйдж

— Как бы то ни было, раз уж ты живешь теперь в Мидоуларке, стоит отыскать в окрестностях такие места, которые тебе понравятся, – произнес он. – Знаю, возвращение домой далось тебе нелегко. Да, ты любишь своих родных и ранчо. Но если ты намерена остаться здесь и быть счастливой, нужно найти что-нибудь еще, достойное твоей любви.

В горле встал небольшой ком. Над этими словами стоило подумать. Не желая продолжать разговор, я достала из пакета буррито для Брукса, развернула его наполовину, чтобы он мог есть прямо за рулем, и протянула ему. Просто милый жест, но я надеялась, что он поймет крывшуюся за ним благодарность.

Брукс сверкнул улыбкой и вновь перевел взгляд на дорогу, держа в одной руке буррито. Признаться, я не очень понимала, как он умудрялся вести машину, то и дело орудуя рычагом передач и одновременно спокойно завтракая.

Вспомнилось, как отец на днях заметил, что у Люка Брукса сердце размером со Скалистые горы. Кажется, я начинала верить его словам. Странно только, что раньше я этого не замечала.

Ехали мы примерно полчаса. Я полностью расправилась со своим буррито и не спеша допила кофе, наслаждаясь его вкусом и неожиданной заботой. Вскоре город, в котором, по сути, имелась лишь одна главная дорога, остался позади, и Брукс выехал на шоссе. А через несколько миль свернул на горную дорогу. Как только двухполосное шоссе пропало из виду, он сбавил скорость и опустил стекла. Хорошо, что не стал с этим спешить, поскольку постоянный шум дороги, проникающий внутрь сквозь опущенные окна, обычно меня слегка раздражал. Сейчас, когда мы ехали не спеша, я наслаждалась наполняющим пикап летним воздухом.

Солнце бросало блики на капот машины, по радио играла композиция в исполнении дуэта Brooks & Dunn, которых очень любил Люк. Благодаря фамилии?..

Вскоре асфальтовое покрытие закончилось, и грунтовая дорога повела вверх, в горы. Миновав несколько поворотов, Брукс свернул на обочину.

— Немного пройдемся пешком. Не возражаешь?

— Ты привез меня сюда, чтобы прикончить? – поинтересовалась я.

— Угу, – ровным тоном отозвался он.

— Мог бы хоть предупредить, чтобы я надела ботинки с протектором. Хотелось бы отправиться на тот свет с достоинством, – попеняла я. – Теперь же, пытаясь убежать, я буду постоянно скользить.

— Я оставил себе лазейку, чтобы непременно тебя догнать, – усмехнулся он. Отчего-то при этих словах меня охватило волнение. – Не переживай, идти недалеко, и в основном по равнине. Крутой подъем мы проехали на машине.

Брукс вылез из пикапа, и я следом за ним. Он зашагал по тропинке, которая терялась среди деревьев. Здесь воздух казался прохладнее, но все равно было тепло.

Несколько минут мы с Бруксом шли в уютной тишине. Лучи солнца пробивались сквозь древесный полог, рождая в высшей степени волшебную картину.

Деревья расступились, и мы вышли на небольшую поляну, где сочную зеленую траву расцвечивали пятна полевых цветов. Наверное, будь сейчас апрель, практически вся зелень скрывалась бы под этими цветами.

Слышался плеск воды, бегущей по камням. Я огляделась в поисках источника звука и сквозь стволы деревьев заметила в дальнем конце поляны небольшой водопад. Стекающая сверху вода образовывала бассейн. Все вокруг казалось безмятежным, словно перед нами была картина какого-нибудь художника.