Книга В плену запрета, страница 171 – Сара Адам

— Ты... Ты мне нравишься. Очень. Сильно, — Лиза паникует, и я, один хер, не могу понять истинную причину. Боится сказать, что я ей не всрался или же, потому что не может подобрать слов?

— Засыпаю – о тебе думаю. Просыпаюсь – о тебе думаю. Даже, когда рядом, о тебе думаю. Ты везде, Лиз. Повсюду. В голове, в мыслях, в сердце, — сжимаю тонкую талию в стальных тисках, прижимаю наши вспотевшие лбы вплотную. — Не могу без тебя. И мне насрать, если кто-то скажет, что рано, и мы молодые. Хочу тебя рядом. Всегда.

— Господи, Рус, — запальчиво шепчет моя девочка, глотая слёзы.

С утра, как порядочный, навещаю Серёгу Савича в больнице. Братан стабилен, но чувствует себя херово после операции. Батя, конечно, подсуетился знатно. Даже неловко за то, что похлопотал несмотря на проблемы, созданные мною из-за ублюдка Шведова.

Потом выдвигаюсь к главной задаче сегодняшнего дня. Весьма занимательной. Давненько пар не выпускал, вот и повод нашёлся.

Путь до места назначения неблизкий, успеваю пораскинуть мозгами. Какого лешего ввязался в эту тему? С какой радости? Если отец узнает, чё я на его территории устроил, башку открутит. Стоит ли рисковать?

Ответ приходит моментально. Ради Лизы стоит.

Кудрявая хочет помочь подруге, значит, я обязан подсобить. А какими методами, её уже не касается.

Заезжаю на обнесённую профлистом территорию стройки и торможу около джипа Назара. — Рус, клиент готов.

Друг стоит, засунув руки в карманы куртки, дубак жёсткий. Пара заряженных пацанов из нашей компании трутся рядом. Не каждый день устраиваем подобное шоу. Событие, так сказать.

Вчера я неспроста у Валеры инфу тянул. Разведал, получится ли сработать по старой схеме бати из лихих девяностых. Не раз от правой руки отца слышал истории о том, каким методами они бизнес строили.

С охраной на объекте проблем не было. Услышав в трубе телефона, кто я и сколько готов платить за «аренду», нам любезно предоставили территорию с пометкой «Князеву старшему и его подручным не сообщать». Мы быстро, аккуратно и не намусорим. Если только чуть-чуть.

Пока угораю с собственных мыслей, Назар открывает багажник Прадика. Перед нашими довольными физиономиями картина маслом: со связанными за спиной руками, с грязной тряпкой во рту никто иной, как причина депрессии моей девушки и её подруги. Давид.

— А вот и наш самец-осеменитель, многодетный отец и просто хороший ёбарь, — обнажаю оскал, пялясь на испуганную рожу гондона. — Думал, ты помоложе.

Диалог нормальный не получается. Давид в ответ лишь жалко мычит. А казалось бы, взрослый мужик. Ты ему слово, а он в ответ тебе: «М-м-м».

Назар с нескрываемым отвращением достаёт из кармана горсть семечек и, закинув парочку в рот, выплёвывает шелуху прямо на фейс уважаемого гостя.

— Вот ты тип, свою ж машину засираешь, — качаю головой на выходку.

— Да после этого дерьма всё равно на мойку загоню, — не отрывает взгляд от багажника.

— Ну чё, погнали? — мотнув головой даю понять, чтоб вытаскивали мужика наружу.

Давид люто сопротивляется. Он бык здоровый, но пара ударов в печень – и вот его обмякшего уже тащат к котловану. Ставят на колени и вытаскивают своеобразный кляп.

— Вы чё попутали, зверьё?! — гость наш не из робкого десятка. — Да вы хоть представляете, с кем связались, сопляки?!