Книга Любовь и прочие парадоксы, страница 70 – Катриона Силви

— Справедливо.

— Тут нет ничего смешного, Джозеф. – Защищаясь от холодного ветра, играющего пламенем свечей, Диана обхватила себя руками. – Страх может быть и полезен до определенной степени. Он держит тебя в тонусе, заставляет к чему-то стремиться. Но если страх слишком силен, он может парализовать.

— Знаю. – Джо сел рядом с ней. – Вот почему с тех пор, как приехал в Кембридж, я не закончил ни одного стихотворения.

— За исключением «Вкуса звезд», – нахмурившись, поправила она.

Он замер. Откровенность их разговора поразила и увлекла его: он говорил с ней словно с самим собой, и ему нечего было скрывать.

— Да, кроме него, – согласился он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Наверное, меня подстегнула возможность участвовать в конкурсе.

Диана смотрела на него как-то странно. Так, что он словно чувствовал вкус собственной лжи, кисловатый и щиплющий кончик языка. Джо прокашлялся.

— А ты сама? Чего ты сама боишься?

Диана отвернулась и вперила взгляд в темноту:

— Я боюсь проснуться однажды, когда мне будет уже тридцать лет, и понять, что упустила свой шанс.

Он бросил взгляд на ее профиль: в неверном пламени свечей лицо Дианы казалось серьезным. Сердце Джо наполнилось уверенностью: он-то знает, кем она станет и как исчерпывающе в будущем воплотятся все ее надежды.

— Уж ты своего шанса не упустишь, – улыбнулся он.

— Об этом тоже рассказал твой пришелец из будущего? – Она посмотрела на него из-под ресниц.

Пристально глядя на нее, Джо покачал головой.

— Зачем мне пришелец из будущего, и так видно, что ты станешь звездой.

Она тяжело, судорожно вздохнула, будто он преподнес ей какой-то удивительный подарок.

— А тебе никогда не хотелось стать… – Она опустила голову, глядя на свои руки, – чем-нибудь большим, чем ты есть на самом деле?

— Да, – ответил он, а душа его так и запела. – Каждую секунду хочется.

Она прильнула к нему, но прикосновение это было таким коротким, что могло ему просто почудиться.

Они сидели бок о бок, смотрели на крышу капеллы, звезды в свете городских фонарей были едва видны. Вот таким Джо и представлял себе истинный Кембридж. Ощущения должны были быть великолепными, непостижимыми, но Джо так остро отдавал себе отчет в огромной значимости момента, что, казалось, он наблюдает за происходящим со стороны.

Назойливо зажужжал телефон Дианы.

— Черт возьми, – выругалась она.

Не было нужды говорить, что звонит Криспин: плечи Дианы красноречиво напряглись, когда она прижала телефон к уху и отвернулась.

— Да.

В трубке зазвучал мужской голос, тихий и неразборчивый.

— Ты действительно хочешь знать почему?

Пауза, затем вопросительная интонация. Она вздохнула:

— Знаешь, Крисп, дело в том, что, когда я слышу такое, мне совсем не хочется быть с тобой рядом.

Голос в трубке смягчился, стал упрашивать.

— Ну хорошо, – закрыв глаза, прошептала она.

Диана дала отбой, поднялась и какое-то время стояла на месте, слегка покачиваясь.

— Мне нужно идти, – сказала она наконец.

— Давай провожу. – Он неуклюже встал на ноги.

Диана криво улыбнулась:

— Не волнуйся, Джозеф. Я буду осторожна, раз уж ты считаешь, что мое будущее стоит того, чтобы задержаться на свете. – Она окинула его холодным, оценивающим взглядом, и он ощутил себя букашкой под микроскопом. – Да, кстати, на Новый год ты чем-нибудь занят?