Книга Ничуть не влюблены, страница 76 – Шарлотта У. Фарнсуорт

И это знание ударит куда больнее, чем если бы я трахнул его бывшую на вечеринке. Я бы соврал, сказав, что не хотел бы увидеть его лица, когда он узнает, что мы свели знакомство – тем более настолько тесное.

Еще я соврал бы, если бы сказал, что я действительно здесь, чтобы позлить Лэндона и смутить моего отца.

Мой общий подход к Гаррисонам – притворяться, что их не существует. Из-за Харлоу я ломаю эту тенденцию. Прошло две недели с тех пор, как я поговорил с ней. С тех пор, как я обозначил, что мы далеко не чужие, и ушел. Четырнадцать дней должны ничего не значить. Я раньше не видел ее месяцами. Внезапно это сложно представить.

Я подхожу к крыльцу и вытираю ноги о придверный коврик. Он яркий и веселый, как и вся отделка дома. На коврике нарисованы подсолнухи и буквами с завитушками написано: «Добро пожаловать».

Когда я не в университете, то живу в типовой квартире. Это все, что мы можем себе позволить с тех пор, как мама перестала принимать чеки от Хью, когда я был в детском саду, и взяла большую ссуду для обучения на медика. Я знаю, она делала что могла, и не обижаюсь на нее за это. Совсем наоборот.

Хью Гаррисон? На него я обижен сильно.

Я жму на кнопку звонка. Слышу, как его эхо разносится по большому дому.

— Иду! – отвечает женский голос. Это не Харлоу, а значит…

— Конор! – От удивления голос Элиссон Гаррисон звучит выше естественного. Как крик одного из китов, о которых так любит говорить Харлоу.

— Привет, – произношу я.

— Э-э-э… – начинает она.

— Харлоу дома? – перебиваю я, прежде чем она либо попытается сделать вид, что зашедший к ним я – это в порядке вещей, либо спросит, какого хрена я здесь делаю.

— Харлоу? Э-э-э… Я могу… Я думаю… – К какому бы немедленному выводу она ни пришла относительно того, почему я у нее на пороге, он явно не включал в себя ее приемную дочь. – Да, она дома. Погоди. – Она разворачивается, потом смотрит на меня через плечо. – Ты хотел войти?..

— Нет, мне и здесь хорошо.

Эллисон кивает, потом уходит в дом, оставляя дверь широко открытой. С минуту я изучаю их прихожую. Она такая же шикарная, как и дом снаружи. Широкие перила – часть потускневших, стертых из моего мозга воспоминаний. Зато картина на стене и коврики новые. За пятнадцать лет, пока я не входил туда, они сделали косметический ремонт.

Оценив все, я отворачиваюсь, прислоняюсь к перилам и какое-то время осматриваю улицу, на которой когда-то вырос.

Очень просто убеждать себя, что я перерос прошлое, когда я в университете. Там я Конор Харт, крутой капитан, которому не о чем волноваться, кроме следующего хоккейного матча и того, какую девушку выбрать на ночь.

На этом крыльце заниматься подобным намного сложнее.

— Мам, твоя очередь, – говорит Лэндон, как только Эллисон снова появляется в логове.

— О, хорошо, – сразу отвечает она, но слегка рассеянным голосом. Она смотрит на меня, непонимающе наморщив лоб.

— Кто приходил? – спрашивает Хью.

— Это тебя, Харлоу, – говорит мне Эллисон, не отвечая мужу.

— Меня?

Я удивлена. У меня тут довольно узкий круг общения. Его вообще нет. Те немногие, с кем я вижусь в Клермонте на каникулах, в основном друзья Лэндона, которого я знаю много лет. Он точно так же озадачен, так что это явно не кто-то из них. Не говоря о том, что Эллисон сказала, что пришли ко мне, а не к нам обоим.