Книга Сыграем в любовь?, страница 96 – Шарлотта У. Фарнсуорт

— Нестрашно, – отвечает Кэт. – Рада за тебя.

— Спасибо, – не менее фальшиво говорю я. – Все равно пересечемся как-нибудь, да?

— Наверное.

— Пока, Кэт.

— Пока, Дрю.

Я вешаю трубку и молча стою, глядя на двор. А затем направляюсь в дом.

Я сижу на полу, на холодной плитке в ванной, и смотрю на заходящее за окном солнце. Тут звонит телефон: Амелия. Я всерьез думаю не отвечать. Не хочу ни с кем говорить. Да и вообще хоть что-то делать, если честно.

Эта мысль и заставляет меня ответить. Я вдруг осознаю, насколько бесцветной кажется мне жизнь с тех пор, как я уехала с озера, – тусклой, скучной, словно ванная, где я сейчас сижу. И это немного пугает.

— Привет! – говорю я. – Как прошел медовый месяц?

Амелия тут же пускается в долгие описания дегустаций шампанского, полосатых зонтиков и залитых солнцем вилл. Я периодически вставляю что-то вроде «м-м» и «ага», а на деле больше концентрируюсь на уборке – запахе «Белизны», ритмичном скрежете губки о плитку. Тут я слышу имя Дрю – и мое внимание вмиг возвращается к звонку.

— Извини, можешь повторить? Связь лагает, – говорю я.

Повисает пауза. Я прямо слышу, как Амелия закатывает глаза по ту сторону телефона. Видимо, я утратила не только вкус к жизни, но и умение убедительно лгать.

— Я сказала, что забронировала столик на себя, Тео, тебя и Дрю. На сегодняшний вечер. Нам пора привыкать к здешнему часовому поясу и нормальному распорядку дня.

«Тебя и Дрю».

Эти три слова бьют наотмашь. Из груди вырывается тяжелый вздох.

— Может, вы с Тео вдвоем пойдете? – предлагаю я. – Разве вы не на той стадии, когда молодожены отлипнуть друг от друга не могут?

— Мы две недели ужинали вдвоем! И ужасно устали. Нам нужна пара в компанию!

— Разве Саванна не живет с тобой в одном доме? Уверена – они с Джаредом будут рады провести с вами вечер.

— Харпер, я приглашаю не Саванну, а тебя.

Мне хочется напомнить ей, что при выборе свидетельницы меня в приоритет не ставили, но я прикусываю язык. Я стараюсь оставить старые обиды в прошлом – да и мы действительно вроде как помирились. Амелия часто присылала мне фотографии с медового месяца в Сен-Тропе, а теперь, когда мы впервые с моего поступления в колледж живем в одном городе, приглашает меня вместе поужинать. Мы уже много лет так хорошо не общались. Да и, собственно, отнекиваюсь я вовсе не из-за Амелии.

Я бросаю губку и со вздохом сажусь на пол. Прижимаюсь спиной к тумбе под раковиной.

— Хорошо, я с вами поужинаю. Но…

Я сглатываю. Следующие слова тяжело сформулировать даже в голове – не то что произнести вслух.

— Дрю не придет. Он… м-м…

Так хочется просто сказать, что Дрю сейчас не в Нью-Йорке. Амелия и так знает: он играет за команду Сиэтла. Однако я поставила себе цель быть с сестрой честной, так что говорю:

— Ну… в общем, мы расстались.

— Что?

Как это ни гнусно, я ожидала, что Амелия поглумится надо мной. Или как минимум будет совершенно не удивлена провалу моих очередных отношений. За последние годы она не раз припоминала мне, как недолго я остаюсь с парнями.

Однако сейчас я слышу в голосе сестры лишь удивление. Она поражена и, кажется, действительно совершенно не ожидала чего-то подобного.

От этого мне почему-то только больнее.

— Ага.

Я задираю голову и разглядываю на потолке потрескавшуюся штукатурку. Уж куда лучше, чем представлять выражение лица Амелии.