Книга Невинная любовь, страница 106 – Бусе Кудун

— Я Мехтап, – сказала женщина. Затем она повернулась к мужу и добавила: – Эрдал. – Она посмотрела мужу в глаза, чтобы он сказал несколько слов, и тот наконец сдался:

— Добро пожаловать.

— Приятно познакомиться, – ответила я.

Динчер повернул голову, чересчур внимательно рассматривая безделушки в стороне, и я поняла, что он готовится сбежать от разговора.

— Моя мама – ваша большая поклонница. – Я не знала, как еще разрядить обстановку, это было первое, что пришло в голову.

Женщина наклонила голову и улыбнулась:

— Неужели? Не так много людей сегодня помнят меня.

— Что вы! У мамы на звонке стоит ваша песня.

Женщина рассмеялась.

— Правда! – продолжала я. – Честно говоря, мама немного обижена на вас за то, что вы не устраиваете встречи с фанатами.

Она вздохнула и вновь улыбнулась:

— Прошло много времени с тех пор, как я оставила прежнюю жизнь. С годами мне стало казаться, что я потеряла все, что приобрела многолетним трудом. И я боялась, что если попытаюсь стать той, кем была раньше, то увижу, что потеряла еще больше. Но теперь после твоих слов я начинаю думать, что была несправедлива к себе.

— Мне кажется, иногда кому-то нужно напоминать нам, кто мы такие. Это касается всех нас. Благодаря Динчеру я тоже вспомнила, кем являюсь.

Женщина с нежностью посмотрела на сына:

— Он всегда был очень отзывчивым мальчиком. Кстати, кто ты по профессии?

После ее слов отец Динчера наконец обратил на меня внимание. Почувствовав его взгляд, я сказала:

— Я писатель. Пишу книги. – Писатель без издательства.

Глаза Мехтап расширились от удивления.

— Как прекрасно! Что вы пишете? Романы, стихи, эссе…

— Романы.

— О, я люблю читать романы об убийствах. Даже сейчас один из них лежит на моей прикроватной тумбочке.

— Я пишу в основном романтические истории, но у меня есть и несколько триллеров.

В глазах женщины вновь вспыхнуло любопытство.

— Если хотите, можете рассказать мне об этом. Я с удовольствием послушаю.

Я никогда не рассказывала никому, кроме Эге, о своих неоконченных книгах: боялась, что все пойдет не так, если расскажу кому-нибудь о недописанной книге; или что никогда не закончу книгу, если поделюсь какими-то нереализованными идеями.

— Конечно! Пришло время разобраться с одним из моих суеверий.

Пора перестать говорить о себе. Поэтому, как только наступила тишина, я решила сменить тему разговора.

— Теперь моя очередь поддерживать Динчера, – сказала я, глядя на него.

В его глазах появилось выражение, которое говорило: «Ну, началось».

— Я готова сделать все возможное, чтобы помочь ему осуществить мечту. Ведь так и должен поступать каждый неравнодушный человек…

В комнате после моих слов повисла тишина. Казалось, все боялись сказать что-то не то и создать еще более напряженную атмосферу.

— На самом деле моя задача довольно проста, – продолжила я. Было трудно развивать мысль, находясь под пристальными взглядами трех пар глаз, – потому что по-настоящему талантливому человеку не нужна помощь. – Я рассмеялась, ожидая, что кто-нибудь подхватит, но все пошло не так.

Отец Динчера резко встал, даже его жена вздрогнула. Господин Эрдал повернулся к сыну:

— Ты нанял кого-то, чтобы тебя расхвалили?

Эти ужасные слова эхом пронеслись в моей голове:

«Ты нанял кого-то, чтобы тебя расхвалили?»