Книга Невинная любовь, страница 86 – Бусе Кудун

Я покачала головой.

— Нет! – ответила я, не понимая, откуда в моем голосе столько надрыва. – Но я думаю, что он сделал что-то кому-то другому.

Мой голос охрип, слеза покатилась по щеке. Когда Динчер обнял меня, желание плакать, которое я сдерживала, вдруг обрушилось на меня. Мне потребовалось несколько минут, чтобы успокоиться. Затем Динчер приподнял пальцем мой подбородок, заставив посмотреть прямо ему в глаза.

— Тебе уже лучше?

Я кивнула.

— Ты хочешь уйти?

— Домой?

— Если ты хочешь домой, я тебя отвезу.

На мгновение я подумала, что это замечательная идея, но остатки трезвого разума вернули меня в реальность.

— Нет. У тебя завтра концерт, – сказала я ему на ухо.

— Пойдем в твою палатку.

— Нет!

— Почему? – Он опустил голову, чтобы наши взгляды встретились.

— А что, если здесь есть и другие мужчины, которые ведут себя так же, как Кутай.

Беспокойство Динчера рассеялось, как туман.

— Никто не сможет к тебе подобраться.

— Совсем недавно они могли подойти, – запротестовала я. – Ни тебя, ни Эге рядом не было!

Его гнев сменился сожалением. Я могла поклясться, что на его лице появилось несколько новых морщин, но вполне возможно, что они исчезнут, когда я протрезвею.

— Прошу прощения. Ты так хорошо проводила время с Кутаем, что я подумал, что мешаю тебе. Я бы никуда не пошел, если бы Эге отлучился.

— Тебе начал нравиться Эге? – игриво спросила я.

— Назовем его меньшим из двух зол.

— Лучшим из лучших, – поправила я. – Он бы тебе понравился, если бы ты узнал его.

— Он мог бы мне понравиться, если бы я узнал его без тебя.

— Это как?

— Неважно.

Я никогда раньше не засыпала стоя, поэтому не знала, каково это. Оказывается, если уснуть стоя, то ноги становятся ватными и не держат тело. Я осознала это, когда оказалась на земле.

— Почему ты не поймал меня? – рявкнула я.

— Прости. – Динчер взял меня под руку и помог встать. – Я тоже выпил, поэтому немного торможу.

Его объяснение почему-то показалось мне милым. Настолько, что я положила свою ладонь на его щеку. Я прижалась к нему всем телом.

— Зачем ты это делаешь?

Динчер недоуменно посмотрел на меня:

— Что я делаю?

— Ты играешь с моим разумом.

— Правда? – Его брови от удивления поднялись.

— Более того, ты играешь с моим сердцем. – Я покачала головой.

Он опустил свой взгляд на мои губы.

— А знаешь, что ты делаешь со мной? – спросил он шепотом.

— Что я делаю?

— Ты заставляешь меня забыть обо всем на свете. Ты проникаешь в мою голову и влияешь на решения, которые я принимаю.

Я почувствовала, как мое сердце вновь бешено заколотилось.

— Хорошо, что я теперь знаю об этом. Это больше похоже на то, что я мучаю тебя.

— А разве любовь – это не мучение, через которое проходят люди? – Уголки его губ мягко изогнулись.

— Тогда любовь – самая сладкая из мук.

И мое сердце снова затрепетало.

Когда его взгляд наполнился страстью и опустился на мои губы, он медленно наклонился, чтобы сократить расстояние в несколько сантиметров между нами. Я посмотрела в его зеленые глаза, обрамленные длинными ресницами, и закрыла веки, а затем его губы коснулись моих. И я поняла, что с той первой встречи на остановке Динчер волновался каждый раз, когда смотрел на меня.

Одной рукой он обнимал меня за талию, притягивая к себе как можно ближе, а другой поддерживал мою голову, прижимая свои губы к моим. Теперь мы были так близко, что Динчер мог почувствовать, как бешено бьется мое сердце. И если бы я не ощущала, как колотится его сердце, мне стало бы стыдно.