Книга Неуловимая подача, страница 97 – Лиз Томфорд

На лице Монти появляется мягкая улыбка.

— Хорошо. Именно это, а не вся та выпендрежная фигня, за которую ей платят, приносит ей радость.

Да?

Я удивленно приподнимаю бровь.

— Ты на это рассчитывал?

— Не понимаю, о чем ты. – Он откусывает еще кусочек, чтобы не разговаривать, и поворачивается лицом к полю, делая вид, что изучает отбивающих.

— Ты хочешь, чтобы Миллер уволилась с работы?

— Я этого не говорил.

— Но ты об этом думаешь.

— Я хочу, чтобы мой ребенок был счастлив так же, как ты хочешь, чтобы был счастлив твой. Считаю ли я, что она была бы счастливее, готовя такие блюда каждый день вместо того, чтобы жить в стрессовой обстановке высококлассного ресторана? Да, я так считаю. Знал ли я, что она не сможет удержаться от того, чтобы не накормить тех, кого любит? Тоже да. Думал ли я, что, проведя целое лето с твоим шестнадцатимесячным ребенком, она вернется к основам, зная, что он не будет есть ничего из тех изысканных блюд? Может, и так.

Я прыскаю со смеху.

— Ты в курсе, какой ты зануда?

— Я отец, – поправляет он.

Я скрещиваю руки на груди, и, превратившись в зеркальные отражения друг друга, мы оба смотрим на поле.

— Она назвала это печенье «Макс и Миллер». M&M.

— Хм-м.

— Что?

— Ничего.

— Ты хмыкнул.

— Мужчине разрешается хмыкать.

— Это было подозрительное ворчание.

— Это было обычное ворчание. У тебя просто паранойя, и ты хочешь найти способ продолжить разговор о моей дочери.

Я усмехаюсь.

— Ты был первым, кто начал ее воспитывать.

Его губы слегка кривятся в усмешке.

— Внимание, горячая няня! – кричит Коди. – Ты принесла нам еще печенья?

Проследив за его взглядом, я вижу Миллер, которая проносится по лестнице, ведущей к скамейке запасных, и выбегает на поле с моим сыном на руках.

При виде этого зрелища у меня сразу сжимается сердце.

— Что не так? – кричу я. – Что случилось?

Я срываюсь с места и добегаю до нее в мгновение ока, хотя мне кажется, что прошла целая вечность, прежде чем я смог дотянуться до них обоих. Паника скручивает вены, я с ног до головы осматриваю сына.

— Он в порядке? – Мое внимание переключается на нее, я провожу ладонью по ее волосам. – Ты в порядке?

— С Максом все в порядке.

Мой желудок сжимается от облегчения, как будто я только что скатился с вершины американских горок, и я должен прийти в себя, прежде чем смогу снова заговорить.

— Ты в порядке? Что происходит?

— Я думаю, он вот-вот пойдет. – Она делает глубокий вдох, что говорит мне о том, что она бежала сюда с самой стоянки. – Мы играли на улице, и он опирался на столик для игр с водой, чтобы удержать равновесие, когда вдруг отпустил его и, кажется, собирался сделать шаг в мою сторону, но я подхватила его, прежде чем он успел это сделать. Наверное, я не должна была так поступать. Все эти онлайн-группы мамочек, вероятно, отругали бы меня за это, и я уверена, что каждая из твоих книг по воспитанию детей назвала бы меня некомпетентной, но я не могла позволить тебе это пропустить.

Миллер взволнована, ее слова вырываются без единого вздоха, и она заглядывает мне в лицо, ожидая моей реакции, как будто действительно думает, что я могу расстроиться из-за того, что она его остановила.

— Господи. – Сдвинув кепку козырьком назад, я прижимаюсь лбом к ее лбу, нерешительно посмеиваясь от облегчения. – Ты перепугала меня до смерти.