Книга Миля над землей, страница 101 – Лиз Томфорд

В наполовину натянутых на ноги штанах я с громким стуком падаю на пол.

— Ви, ты в порядке? – окликает брат.

— Нормально. – Я делаю глубокий вдох, убирая с лица прядку.

Моей безумной логике хочется наорать на него за то, что он украл все спортивные гены, пока мы были в утробе матери, и, следовательно, испортил мои любимые спортивные штаны. Как будто виноват Райан.

Покойтесь с миром – первая мысль, которая приходит мне в голову, когда штаны падают на дно мусорного бака.

Вторая мысль – о том, насколько счастлив, вероятно, будет Зандерс, но я отгоняю этот образ прочь. Думать об Эване Зандерсе, когда на мне нет штанов, – плохая идея, и это случается гораздо чаще, чем мне хотелось бы признать.

Сменив майку с номером Райана на безразмерный свитер с круглым вырезом, я сажусь на кровать, горя желанием узнать, кто, черт возьми, сделал мне подарок. Открытки снаружи нет, только идеально ровные края светло-голубой оберточной бумаги, оранжевая лента и бант в тон.

Внутри – коробка какого-то дизайнерского бренда, хотя я не знаю, какого именно, но уже по одному качеству коробки ясно, что это слишком дорогой подарок.

И теперь я точно знаю, от кого он.

Простой кусочек картона, лежащий поверх причудливо сложенной папиросной бумаги, подтверждает мою догадку.

Стиви!

Имею ли я право залезть тебе в трусики, если покупаю тебе брюки?

Шучу… наверное. Счастливого Рождества,

Зи.

(Пожалуйста, избавься от этих отвратительных спортивных штанов. Никто не должен их видеть.)

Улыбка на моем лице до боли широкая. Зандерс, похоже, не из тех, кто покупает подарки своим бывшим, но с той ночи он уже не один раз успел меня удивить.

Моя рука касается мягкой черной ткани. Возможно, это самый роскошный материал, к которому я когда-либо прикасалась, и это очень в духе Зандерса. Конечно, он купил мне дизайнерские спортивные штаны. Я даже не хочу знать, сколько они стоят.

И он купил мне не одну пару, а три, разных размеров.

Этот парень – самая странная смесь клише и непредсказуемости, которую я когда-либо встречала, и он заставляет меня постоянно гадать, какой он на самом деле. Коробка немного пахнет им самим, как будто, возможно, она несколько дней пролежала в его квартире, прежде чем он завернул ее и отправил.

Я не собираюсь лгать, мое сердце трепещет сильнее, чем мне хотелось бы. Подарок чертовски продуман и может показаться случайным только стороннему наблюдателю. Он охаивал мои спортивные штаны с тех самых пор, как я впервые увидела его в самолете, и то, что он не только помнит, но и выбирает то, в чем, как он знает, мне будет комфортно, а также делает комплименты, когда я демонстрирую свое тело, заставляет меня чувствовать себя… понятой.

Влюбленность, насчет которой я недавно солгала отцу, кажется все более очевидной.

Но это по-прежнему плохая идея.

Из этого ничего не может выйти, кроме того, что в конечном итоге мое сердце будет разбито, но я решаю, что только сегодня проигнорирую это напоминание и позволю себе получить удовольствие от продуманного подарка Зандерса.

Ткань, скользящая по полным бедрам, на ощупь напоминает масло. И сегодня утром я побрила ноги. Ну, только голени, потому что я слишком ленива, чтобы брить их целиком, так что мягкая ткань на ощупь очень приятная и словно кремовая.