Книга Миля над землей, страница 129 – Лиз Томфорд

И так уж вышло, что эта причина – парень, который весь вечер ошивался возле ее брата.

— Что случилось с твоим бывшим?

— Ну почему ты такой чертовски наблюдательный, – нервно смеется она.

— Восемь лет терапии, милая. – Я быстро заправляю ее волосы за ухо, чтобы увидеть украшающие его сережки, но делаю это так, чтобы меня не заметили. – Что он сказал такого, чего не знает твой брат?

Она бросает на меня нервный взгляд и прерывисто выдыхает.

— Дело даже не в том, что он обо мне сказал. Я думаю, дело в том, что он заставил меня чувствовать.

— Что он заставил тебя чувствовать?

Я продолжаю говорить мягким тоном, а мои глаза прикованы к ней, чтобы убедиться, что она понимает: никто другой в этой комнате не имеет для меня значения.

— Что я для него – всего лишь вариант, и даже не первый. Что он выбрал меня только потому, что у него не было вариантов получше. Я просто… Мне не нравилось чувствовать, что я ничего не значу. Я хотела, чтобы он выбрал меня.

Я поворачиваюсь, так что мы оба снова стоим лицом к бару, мое плечо касается ее плеча, а наши руки соприкасаются, держа кружки с пивом. Наши пальцы с кольцами хорошо смотрятся рядом друг с другом, поэтому я протягиваю руку и касаюсь ее, и это – то физическое утешение, которое я могу предложить в этом помещении, где слишком много глаз.

— А твой брат, который, кажется, чертовски заботлив, кстати, он все еще с ним дружит?

— Райан пытается помочь ему устроиться на работу в местной спортивной сети.

— Здесь? В Чикаго?

— Райан не знает подробностей, – кивнув, продолжает Стиви. – Я ему не рассказывала. Они с Бреттом вместе играли в баскетбол в колледже, и их одинаково любили в кампусе, который боготворил команду. Каждый хотел с ними общаться, а я просто хотела, чтобы меня выбрал парень, в которого я была влюблена, понимаешь?

Я молчу, ожидая продолжения.

— Мы были вместе три года, и ни разу я не чувствовала, что достаточно хороша для него. Он постоянно разрывал со мной отношения, если у него возникали другие варианты, которыми он хотел заняться, а когда у него заканчивались все эти варианты, приползал обратно. И я была идиоткой, всегда принимала его. Я просто хотела, чтобы меня выбрали.

Ненавижу его. Отчасти за то, как он обращался со Стиви, а отчасти потому, что однажды у него была та, которую я так сильно хочу, и он обращался с ней так, как будто она ничего не значит. Как будто она не была его избранницей.

Она нервно крутит кольцо на большом пальце, и я накрываю ее руку своей, останавливая. Это движение заставляет ее наконец поднять на меня глаза.

— Ты не идиотка. И не сумасшедшая, если хочешь быть желанной. Если хочешь быть любимой.

Глубокий вздох застревает у нее в горле.

— И ты – не «вариант», Стиви, потому что, кроме тебя, у меня нет другого выбора.

Все ее лицо расслабляется, она буквально тает.

— Не говори так.

— Почему нет?

— Потому что я пытаюсь не влюбиться в тебя.

Ее честность заставляет меня рассмеяться. С тех пор как я ее встретил, она слишком часто использовала фразу «ненавижу тебя».

— Что ж, удачи, милая, потому что я чертовски хорош.

Краем уха я слышу, как Рич приглашает меня на еще одно чертово интервью.

Закатив глаза, я возвращаю свое внимание к Стиви.

— Мне нужно возвращаться к работе, но не забывай, что ты все еще должна мне танец. – Я в последний раз незаметно сжимаю ее руку, прежде чем оставить ее в баре.