Книга За спиной войны, страница 49 – Александр Тамоников

Таким образом, Алексей Соколов — мужчина, который представился инженером капитану Крылову, оказался предателем. Пособником предателя Родины — того неизвестного человека с низким голосом, которого Алексей сам в разговоре назвал Гришей. Гриша… Значит, Григорий. Анна задумалась, могла ли она где-то еще слышать это имя, но так и не нашла подходящего воспоминания. А пособники предателей Родины сами являются предателями, и их, как они сказали сегодня ночью, ждет только один путь — расстрел.

Чем они оба занимались на самом деле? Как теперь стало известно, Алексей, по всей видимости, выполнял приказы и указания этого самого Григория, который приходил к нему раз в несколько дней, а точнее ночей. И почему он всегда появлялся ночью? Анна предположила, что это из-за того, что ночью во многих домах по сохраняющемуся в городе требованию светомаскировки гасили свет. А ночью, в темноте, куда проще пробраться куда-то и при этом оставаться незамеченным. Да и к тому же меньше посторонних глаз — при всем желании Анна не могла разглядеть фигуру Григория и только в тот момент, когда он через окно вышел из гостиницы, она примерно различила его силуэт в темноте — высокий, какой-то даже громоздкий, в развевающемся от быстрого шага пальто.

Неизвестно, правда, что было в том пакете, который ему передал Григорий в первый их разговор, услышанный Анной, но зато во второй их разговор разведчица поняла их намерения. Она могла только догадываться о том, зачем же Григорию понадобилось знать расположение частей Красной Армии в городе, но, вероятно, вряд ли затем, чтобы просто знать эту информацию или воспользоваться ею в хороших целях. Интересно, какие тогда связи могут быть у этого Григория? И ведь их явно больше, чем у того же Соколова, который, видимо, общался только с ним и был его подчиненным.

«Этот Григорий — фигура еще более тайная и мутная, чем Алексей, — подумала Анна. — Он может непосредственно работать на немцев и координировать процесс по захвату и перевороту власти. Зачем все делать самому, когда можно завербовать подходящего человека и действовать его руками?» И раз Соколов пытался сопротивляться ему этой ночью, убеждал в том, что он не тот человек, который может узнать такую информацию, которая известна далеко не каждому военному даже человеку, значит, он не настолько идеологически настроен, как тот же самый, к примеру, Григорий.

Все эти невеселые мысли, с которыми Анна возвращалась домой, пугали ее, ведь она даже не представляла, чем мог запугать Григорий своего подчиненного и насколько тот теперь мотивирован выполнить приказ. Может, он все еще боится и будет медлить с этим? А может, наоборот, рискнет, и это будет означать новую диверсию в городе или какие-то другие более важные и более тайные действия со стороны предателей? Анна не знала. Но очень хотела узнать.

Вернувшись в гостиницу, девушка прислушалась, пытаясь понять, дома ли сейчас Соколов. Переодевшись после выхода на улицу, она даже пару раз постучала в его дверь — проверить, откроет ли он, — хоть и боялась, что если он действительно в этот раз откроет, то она не найдет причины, по которой побеспокоила его. Но он не открыл. Девушка выдохнула и заперла за собой дверь, оставшись наедине со своими мыслями в большой и пустой квартире.