Книга За спиной войны, страница 61 – Александр Тамоников

— Этот Яновецкий был у них главным, предводителем? — уточнил Виктор.

— Нет, — Петр мотнул головой. — Если б, да он тот еще трус. Его так, по мелким поручениям обычно отправляли. Зато он много бесчинств творил. Мог останавливать телеги с деревенскими жителями, едущими на наши базары, чтобы продать там хоть что-нибудь, людей убить, а все, что у них было, себе забрать. А евреи… Об этом лучше не спрашивайте. Все доказательства, которые есть у меня на него, в этом конверте. Их немного, но, думаю, Князев обрадуется, когда вы их ему предоставите. А еще лучше…

Здесь Петр замолчал и посмотрел куда-то в сторону.

— Что еще лучше?

— А еще лучше, если принесете ему его голову, — Петр как-то странно посмотрел на Виктора, и капитан увидел в этом холодном взгляде какой-то огонь, который нередко замечал в бою у солдат, готовых ринуться в бой и отдать себя без остатка отмщению. Петр посмотрел на него так пару секунд, а затем расслабился. — Ладно, я шучу.

Он улыбнулся, но Виктор оставался настороже.

— Да ладно вам, что вы. Такие предатели, как он… Просто я не считаю, что расстрел — это то, что они заслужили. Для таких, как Яновецкий, расстрел просто милость Господа.

— Вы прямо говорите так, будто мы должны вернуть гильотины, как это еще делают во Франции, — осторожно произнес Крылов, пряча конверт в кармане.

— Может быть, может быть. Но не мне судить. И, на самом деле, не вам. Ваша работа ведь заключается в том, чтобы поймать преступника?

— Так точно, — Виктор кивнул и улыбнулся. — Я не карающая рука в этой системе, а рука, ловящая и приводящая к правосудию.

Что-то странное теперь связывало его с Петром, который начал раскрываться с самой неожиданной стороны. А может, вся его жизнь была полна опасностей, от которых он пытался скрыться, но прошлое его всегда держало в ежовых рукавицах. Немного подумав, Виктор решил не прерывать их разговор и спросил: — А что вы делали во время оккупации и почему решили объявиться только сейчас?

Петр изменился в лице и как-то совсем строго посмотрел прямо в глаза капитану. Он ответил медленно, взвешивая каждое слово и как будто вкладывая в него особый смысл. Словно он тысячу раз задавал себе тот же самый вопрос и каждый раз оправдывал себя этим ответом.

— Я не мог подвергать свою жизнь еще большей опасности, чем она была тогда. Когда немцы вошли в город, нашлись те, кто понял, что пока советской власти здесь нет, они могут творить, что хотят. Пришлось залечь на дно и не высовываться лишний раз, чтобы не навлекать на себя беды.

Виктор удивился, услышав такой ответ. Учитывая слова подполковника Князева о том, что Петр в прошлом очень помог им посадить большое количество предателей, Крылов свел одно к одному и предположил, что этот человек действительно мог иметь проблемы с родственниками тех, кто его усилиями оказался за решеткой. Вероятно, именно они и могли его убить во время смены власти.

— Вы потеряли кого-то? — осторожно спросил капитан, пытаясь не спугнуть собеседника своим любопытством.

— Да, как и все мы, — мрачно ответил Петр. Он отвел взгляд и сглотнул, будто у него находился ком в горле: — Тот дом, в котором я сейчас живу… До войны там бурлила жизнь. Когда мы знали, что нас защитят, мы с Ниной…

Он сделал паузу и шумно выдохнул. Капитан замер и старался не шевелиться, чтобы не прервать признание Петра.