Книга Негодяй, страница 103 – Бернард Корнуэлл

— Вот именно.

— Растреклятые маньяки, вот кто они, эти арабы. Эту сволочь мало повесить. – Симас смотрел на зеленый трилистник, наклеенный на зеркало бара. – Она не предавала меня, Поли. И никто не предавал. Англичане утверждали, что они получали информацию от нее, но это неправда. Они просто мутили воду, и их план сработал, так как в результате она получила пулю, так ведь? – Он нахмурился. – А она была замечательная девушка. Как она говорила! Я никогда раньше не слышал, чтобы женщина так говорила. – Он вдруг застыл, глядя в зеркало, где отражалась дальняя часть зала. – Как ты думаешь, эти парни не за тобой?

В конце зала появились два человека, одетые в застегнутые до самого верха плотные куртки. Это были молодые широкоплечие парни, уверенные в своей силе, и они не скрывали, что интересуются мною. Я подумал, что, вероятно, Патрик вызвал их на помощь.

— Да, точно, они ищут меня, – сказал я Симасу.

— Почему же?

— Патрик желает вернуть деньги, которые я только что отнял у него, но не хочет обращаться ко мне сам.

— Ты уверен, что это не связано с политикой?

Я покачал головой.

— У них не было времени получить приказ.

— А может быть, это Майкл Эрли? У него ведь есть полномочия?

— Только не на это, Симас. Приказ об убийстве должен обязательно исходить из Белфаста или Дублина. Господи, неужели ты думаешь, что Брендан уберет меня прежде, чем узнает, где находится золото? Нет, это личные дела, Симас, личные дела между мной и Падрэйгом.

Он усмехнулся.

— Ну, тогда я на твоей стороне, Поли. Двое на двое, так ведь? – Он осушил свой стакан. – Бедняги, что мы будем с ними делать?

— Просто попугаем немножко.

— Ты иди первым, а я через двадцать шагов за тобой.

Он демонстративно стал прощаться, долго пожимал мне руку, желая счастливого пути. Наконец я взял свою сумку и накинул куртку. Толпившиеся в баре возле телевизора люди бурно приветствовали окончание новостей о войне и начало передачи о соревнованиях по баскетболу. Двое парней проследили, как я выхожу через боковую дверь, убедились, что Симас заказывает еще порцию выпивки, и после этого вышли вслед за мной на зимнюю улицу.

Начался новый раунд игры.

В прежние времена боковая дверь зала вела на аллею, пролегавшую между приходом и итальянской булочной, но булочная была давно снесена, и образовавшийся на этом месте пустырь использовался для укрытия краденых автомобилей и грузов, исчезавших со складских помещений аэропорта Логан. Этот пустырь загораживал высокий забор, который окрестные жители приспособили для разнообразных сообщений. Внешняя сторона забора была заклеена плакатами: курсы по обучению методов пропаганды Британии в США; набор детей в марширующий ирландский оркестр; занятия по разговорному гэльскому языку; объявления о подготовке парада в день святого Патрика и призывы вносить средства на десятую годовщину голодовок и семидесятипятилетие Пасхального восстания в Дублине.

Этот забор придавал пустырю приятный и уютный вид. Сейчас тут стоял полицейский автомобиль с включенным мотором. Передняя дверца была открыта, и сигнальные огни бросали мертвенно-бледный свет на стоявшие рядом машины. Полицейский фургон был пуст, если не считать две полицейские фуражки, лежавшие на заднем сиденье. Теперь стало ясно, почему те молодые люди были в куртках, застегнутых до самой шеи. Полицейский мундир, конечно, не мог никого испугать в приходе, державшем под своим контролем всю бостонскую ирландскую полицию, но появление двух полицейских могло вызвать ненужную суматоху, они же хотели взять меня без шума. Кроме полицейского автомобиля, здесь стояли два грузовика, красный «линкольн-континенталь» и черный спортивный «мерседес», по-видимому принадлежавший Томми Третьему, потому что у него на стекле был особый пропуск Конгресса.