Книга Негодяй, страница 121 – Бернард Корнуэлл

— Да, я сам договорился о доставке судна.

— Наименование судна?

— Оно называлось «Корсар». Я изменил его название на «Мятежную леди».

— Опиши судно.

Дрожащим голосом я описал судно: шлюп сорока четырех футов в длину, с кокпитом в центре, с совковой кормой и глубоким тяжелым килем, окрашено красной противоракушечной краской ниже ватерлинии и белой краской – выше.

— Сколько золота на борту?

— Пять миллионов долларов.

После небольшой заминки бесстрастный, как метроном, голос продолжил задавать вопросы:

— Опиши, где именно спрятано золото.

Я рассказал о фальшивом настиле в кают-компании, о том, что его нужно поднять, и тогда под стекловолокном обнаружится слой золота, перемешанного с песком.

— Имеются ли регистрационные бумаги судна?

— Да.

— Где они? – В голосе послышалось нетерпение, обещавшее наказание болью.

— Они в моем доме. – Я солгал, потому что не хотел подставлять Джонни. И тут же вскрикнул, потому что последовал сильный тупой удар по почкам, а когда я падал, меня ударили по шее. Я со стоном рухнул на мокрый пол.

— Вставай.

Я с трудом поднялся на ноги. Какая-то частица моего существа требовала ответных действий немедленно, но я понимал, что такая попытка обречена на неудачу. Они были настороже, они прекрасно вышколены, их много, я же очень ослаб, утратил быстроту действий, дрожал и был абсолютно уязвим.

— За каждую ложь будешь наказан, – сказал мой мучитель скучным ровным голосом. – Документы на судно у Джонни Риордана?

Значит, они все знали и просто проверяли меня.

— Да.

— Сколько денег ты дал Риордану?

Я и позабыл, что давал Джонни деньги, и мне пришлось быстро подсчитать в уме, пока меня не ударили снова.

— Примерно тысячу баксов.

— На что?

— Чтобы нанять кран – снять судно с грузовика. Или на случай, если грузчики в Бостоне потребуют дополнительную плату.

— Какая фирма должна доставить груз?

— Я не знаю. Это должны были решить в «Экспортасьон Лайетано».

— С кем договаривался в «Экспортасьон Лайетано»?

— С Лоренцо Лазарагга.

Человек, задававший вопросы, держал в руке черный мешок. Теперь он бросил его мне, но я был настолько слаб, что не сумел поймать, и он упал на пол.

— Подними.

Я с трудом поднял.

— Надень.

Я подчинился.

— Стой смирно, опусти руки.

Мешок на голове и отсутствие одежды создавали ощущение полной беззащитности. Я слышал, как четверо моих мучителей ходили по подвалу. Кто-то поднялся по лестнице, затем вновь спустился. Что-то заскрежетало, и я замер от страха. Несколько мгновений царила тишина, затем снова раздались глухие звуки шагов по деревянным ступенькам.

— Сними мешок, – раздался приказ, и в тот момент, когда я снял его, дверь наверху захлопнулась. Я остался один. Клочья моей одежды они унесли с собой. Стал понятен тот скрежещущий звук: возле стены появилась металлическая складная койка. На койке лежали три одеяла, а в ногах стояло цинковое ведро. Только я успел отметить эти проявления любезности, как свет в подвале погас.

Я доковылял до койки, завернулся в одеяла и, скорчившись, улегся. Было очень холодно, и меня трясло.

Не знаю, сколько времени я пролежал так. Я далеко не слюнтяй, но этим людям я не мог оказать никакого сопротивления. Молчаливая слаженность действий и дисциплинированность выдавали в них профессионалов. Однажды я наблюдал, как ведутся допросы в Белфасте. Вместе с Симасом Геогеганом я «удостоился чести» присутствовать на подобной процедуре. Пытали одного беднягу по поводу провала операции со взрывом бомбы. Следователи хотели узнать имя человека из органов безопасности, с которым он был в контакте. Стараясь добыть нужные сведения, они избили парня до полусмерти, превратили его в какое-то страшное кровавое месиво. По ходу дела следователи спорили между собой, обвиняя друг друга в неумении достичь необходимых результатов. В конце концов они бросили свои попытки, так и не добившись от искалеченного двадцатилетнего парня ничего. Харкая кровью, он упорно твердил о своей невиновности. Ему выбили глаз, почти все зубы, он потерял много крови, остался хромым и почти слепым на всю жизнь. А ИРА потом получила информацию, что звонил в органы безопасности не он, а его сестра. К тому времени она уже переехала в Англию и вышла замуж за своего возлюбленного – британского солдата. А ее искалеченный хромой брат по-прежнему служил ИРА верой и правдой.