Книга Негодяй, страница 155 – Бернард Корнуэлл

— Я не знаю. Они просто попросили нас доставить судно в Вашингтон.

— А как вы собирались поступить со мной?

— Никак. – Он взглянул на меня – на синих губах были следы рвоты. – Честное слово.

Я протянул руку к рукоятке газа.

— Тебя должны были убить! – Он сказал это страдальческим голосом. – И тебя, и тех двоих ребят.

— Чтобы у «Мятежной леди» не осталось видимых связей с ИРА, не так ли? – спросил я.

— Да! – Он умоляюще смотрел на меня. Его помятый костюм был испещрен пятнами рвоты.

— И вы с Бренданом хотели помочь Саддаму Хусейну напасть на Америку?

— Мы не знали, что именно он затевает! – запротестовал он.

— О нет, Майкл, вы знали. Вы могли не знать, что именно было в «Мятежной леди», но вы наверняка знали, что это не поздравительная открытка президенту.

— На судне были привезены деньги, – сказал он, – и я отдам эти деньги на дело движения. Ирландия будет свободной!

— Да, конечно, Ирландия будет свободной, я обещаю тебе это, но она не нуждается в твоей помощи, Ирландия не нуждается в таких предателях, как ты.

— Я не предатель!

— Ты кусок дерьма, Майкл. – И я снова нажал на газ, сделал пару головокружительных виражей и направил катер к берегу.

И все это время я размышлял над тем, что же находится в темном чреве «Мятежной леди».

Вашингтон расположен на расстоянии девяноста пяти миль от устья реки Потомак. По всей вероятности, «Мятежная леди» большую часть этого пути проделала на двигателе, после того как доставивший ее экипаж прошел под парусом на юг от полуострова Кейп-Код. Погода была благоприятная, и они, вероятно, избрали внешний путь по Сэнди-Хук, затем вниз к полуострову Кейп-Мей, а оттуда они провели ее по каналу и по реке в Чесапикский залив. А затем, оказавшись в реке Потомак, они довели ее на двигателе до столицы и, если вспомнили старую традицию, проходя Маунт-Вернон, должны были ударить в корабельный колокол в честь Джорджа Вашингтона.

Оказавшись в черте города, они должны были пройти по каналу Вирджинии – чуть южнее Пентагона и севернее аэропорта находятся вирджинские морские доки. Зимой эти полуразрушенные доки используются для хранения яхт, с которых снимают мачты. Это унылое, заброшенное место, что-то вроде свалки. С одной стороны бежит, петляя, через мосты скоростная шоссейная дорога, а с другой – на берегу залива Потомак – высятся портальные краны и мачты с установленными на них прожекторами взлетных дорожек Вашингтонского национального аэропорта. Здесь над головой слышится неумолкающий рев гигантских авиалайнеров.

— Конечно, наш док не так хорошо известен, как док парусных судов к югу от аэропорта, – объяснял мне управляющий доками. Ему приходилось громко кричать, потому что прямо над нами ревел моторами пассажирский лайнер. – Но зато бассейн у нас более глубоководный, чем в заливе Пентагона. – Когда самолет пролетел, на нас опустилось облако с густым запахом керосина. На той стороне реки был виден памятник Вашингтону, а за ним – Капитолий, в окнах которого отражались последние лучи заходящего солнца. Капитолий и Белый дом находились отсюда на расстоянии немногим более двух миль, а Пентагон – всего в одной миле к северу. «Мятежная леди» была занесена сюда – в самое сердце страны, – как чумная бактерия. – А в чем, собственно, дело? – спросил управляющий, и, когда я ответил, что ничего серьезного нет, он сделал попытку разговорить меня. – Они щедро заплатили за хранение судна. И притом наличными!