Книга Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда, страница 184 – Дэн Симмонс

— От чего он умер?

— От пули, – ответил Пруно. – Или от двух пуль, но я не специалист по части судмедэкспертизы.

— Кто-то пристрелил вашего друга у вас в хибаре.

— На самом деле он мне не друг, но в такую суровую погоду Тайпи иногда пользовался моим гостеприимством, в частности моей печкой, когда я уходил из дома.

— Вы знаете, кто его убил?

— У меня есть кое-какие подозрения. Но это кажется полной бессмыслицей, Джозеф.

— Расскажите.

— У меня есть знакомая леди по имени миссис Туэла Дин, но вы бы, наверное, назвали ее просто «бомжихой». Так вот, сегодня она ночевала на решетке сливного колодца под газетами и, сама того не желая, зарылась под ними так, что ее не было видно. Случилось это на углу Элвуд и Маркет. И она слышала, как в припаркованной рядом патрульной машине полицейский разговаривает по рации или мобильному телефону. Полицейский рассказывал, как добраться до моего жилища, назвал мое имя… точнее, все мои имена… и сообщил своему собеседнику, как я выгляжу. Миссис Дин утверждала, что полицейский говорил подобострастным тоном, как будто общался с начальником. Все это она поведала мне, когда я встретил ее около ледовой арены, а уж потом я вернулся домой и обнаружил тело Тайпи.

Курц набрал полные легкие холодного воздуха.

— А эта миссис Дин не запомнила, как звали собеседника?

— Вообще-то запомнила. Капитан Миллуорт. Полагаю, это означает, что он – капитан полиции.

Курц выдохнул.

— На первый взгляд тут нет никакой связи, – сказал Пруно. – Обычно капитаны полиции не убивают бездомных. Но слишком уж много в этой истории совпадений. К тому же есть еще один нюанс, который меня особенно тревожит.

— Это какой?

— Незнакомец, – ответил Пруно, – человек, знающий обо мне только со слов других, мог принять Тайпи за меня. Мы и правда с ним очень похожи.

Курц протянул руку и нащупал сквозь пальто и остальное тряпье острый локоть своего старого друга.

— Пойдемте, – тихо сказал он, слыша, как его шепот повторяется в темноте внизу, – нужно поскорее убраться отсюда.

Хэнсен так и не смог дозвониться доктору Говарду Конвею, и его это встревожило. Сильно встревожило. Он думал даже съездить в Кливленд и наведаться к Конвею лично, чтобы убедиться, не умер ли старый пердун или не сбежал ли, но ему было просто некогда. Слишком много всего случилось в последнее время, слишком стремительно разворачивались события, а следующие двадцать четыре часа обещали быть еще напряженнее.

Он отменил все встречи до конца дня, позвонил Донне и предупредил, что скоро приедет домой, затем связался с Брубейкером, выяснил, что Курца не оказалось ни в офисе, ни дома, позвонил Майерсу и убедился, что тот ведет наблюдение за домом секретарши. После этого поехал на захудалый промышленный хладокомбинат, расположенный у реки Буффало. Около заброшенной фабрики в ряд стояло несколько больших морозильных камер с отдельным запасным генератором каждая. Их сдавали в аренду рестораторам, оптовикам, торговавшим мясом, и всем, кому требовался большой холодильник. Хэнсен арендовал здесь ячейку девять месяцев назад, когда пригнал из Майами фургон-рефрижератор.

Хэнсен открыл два дорогих висячих замка, которые держал на двери, и вошел внутрь. С крюков на потолке свисало пять половинок говяжьих туш. Хэнсен собирался использовать их в июле на вечеринке во дворе своего дома в Тонаваде, куда намеревался пригласить всех детективов с женами. Но, похоже, в июле его уже не будет в Буффало. Около дальней стены стоял высокий стеллаж с проволочными полками, на которых лежали четыре длинных мешка из непрозрачного полиэтилена, тоже с замороженным мясом внутри.