Книга Побеждая смерть. Livor Mortis, страница 33 – Рид Солгрет

Эдвард, усевшийся в кресло напротив, молчал.

— Она все это вычитывала из всяких «Травников» и «Трав некроманта», – горько улыбнувшись, продолжил Лиам. – Никто из тех, кто уходит от нас, не хотел бы, чтобы мы всю свою жизнь только и делали, что их оплакивали. Мы – их продолжение. Хорошее или нет, наверное, не важно. Это уже немало. Мама говорила, что всегда можно найти способ справиться со скорбью. Но вереск не особо помогает, – помолчав, добавил молодой человек.

— Что? – Сиэл, погрузившись в свои тяжелые размышления, не понял смысла последней фразы.

— Вереск… совсем не помогает от скорби… Это такие глупости… Просто полевая трава. Как думаешь, если ты поедешь прямо сейчас, ты успеешь приехать на вечер поэзии вовремя?

Эдвард пристально посмотрел на друга.

— Ты и так со мной намучился за все это время, пока я хожу в гипсе. Ты заслуживаешь немного отдыха, Эд. Тем более кто-то же должен сказать Олсену правду о его творчестве, – чуть веселее добавил Моррис.

— Да, я успею добраться до Лондона. Так мое наказание за сломанную ногу завершено?

— Вполне.

— Пожалуй, я неплохо проведу время на вечере, – улыбнулся Сиэл. – И всем расскажу, какие стихи ты теперь пишешь!

— Если вдруг там все-таки будет Рут, – Лиам решил пропустить мимо ушей шутку Эдварда, – передавай ей от меня пожелание хорошего вечера.

— Обязательно. – Эдвард встал с кресла. – Буду ехать обратно, наберу тебе в полях тимьян для бодрости духа.

18 октября 1824 г.

Кентербери, Кент

Едва Эдварду, пообещав, что он не собирается делать глупости, удалось выпроводить Паркера с переднего двора дома Моррисов, как молодой человек тут же скрылся в особняке, плотно закрыв за собой дверь. Несколько минут он простоял, упершись лбом во входную дверь и закрыв глаза. Мысли в голове путались одна с другой, почти не давая Сиэлу сосредоточиться на чем-то одном.

Он представлял Лиама, который едет в своем экипаже в Лондон, и на него нападают бандиты. Перед глазами Эдварда предстал испуганный молодой человек, стоящий в сумерках посреди поля, заросшего мелкими цветами тимьяна, на чьей белой рубашке медленно расползалось кровавое пятно. Сиэл зажмурился, пытаясь отогнать от себя страшное видение.

Но пустота уже подкрадывалась к нему, хватала за плечи, заставляя думать о том, сколько именно часов Моррис пролежал там, пока жизнь вместе с кровью покидала его, стекая по прижатым к левому боку холодеющим пальцам, на влажную от дождей землю и на тонкие былинки запыленной полевой травы. О чем думал в тот момент Лиам? О чем думал в тот момент Эдвард? Звал ли Моррис кого-нибудь на помощь? Но кто может помочь путникам посреди дороги от Кентербери до Лондона поздним вечером? В чем была такая необходимость ехать к нему в тот день?

Но сейчас молодому человеку не хотелось заниматься выяснением всех этих странностей в смерти друга, тем более что о многом ему теперь никто не расскажет. Кроме того, Сиэлу потребовалось некоторое время, чтобы успокоить бешеное сердцебиение, спровоцированное волнением из-за подозрительных взглядов и вопросов брата.

Но не успело дыхание выровняться, как его перехватило от отчетливого и тяжелого запаха, царящего в гостиной. Зловоние все сильнее обволакивало Эдварда, проникая под его кожу, заполняя нос, уши и глаза. Молодой человек постарался не концентрироваться на запахе, но в этот момент его слух уловил какое-то движение позади него. Резко развернувшись, он лицом к лицу столкнулся с Лиамом, который, наклонив голову набок, смотрел на молодого человека неморгающими черно-красными глазами с вытекающей из них темной жидкостью и словно не видел Сиэла. Эдвард вздрогнул и прижался спиной к двери.