Книга Побеждая смерть. Livor Mortis, страница 92 – Рид Солгрет

Эдвард медленно шел по тропинке к своему гостю, пока кучер, облаченный в черный камзол, брюки и начищенные до блеска сапоги, спустился со своего места и открыл дверь кареты с витражным широким стеклом. Сиэл распахнул ворота и увидел, как из глубины экипажа появился Мэтью Моррис в сопровождении своего камердинера, держащий в одной руке серебряную трость, а в другой – небольшую черную шляпу. Он спустился со ступенек и встретился взглядом с молодым человеком. Спокойное лицо мистера Морриса мгновенно скорбно исказилось.

— Эдвард! – Мэтью распахнул руки и радушно обнял Сиэла, разрыдавшись на его плече.

Эд легко уместился в объятиях человека, который всю его юность был с ним рядом в трудные минуты, заменив скончавшихся родителей. И Сиэл почувствовал всепоглощающую вину, но даже не из-за того, что он, почти не моргнув глазом, раскопал могилу его сына, а из-за того, что сейчас, когда мистер Моррис стенает о том, что больше никогда не увидит своего Лиама, Эдвард сам себе даже запретил думать о том, чтобы показать снова живого Морриса его отцу. От этой мысли Сиэлу стало дурно и скверно, словно он спрятал от Мэтью самое ценное и важное.

— Эдди! – Мистер Моррис наконец-то оторвался от Эдварда и посмотрел на него, схватив Сиэла за плечи. – Как это все произошло? Хотя нет, не надо! Не хочу знать! Какая разница! – Глаза Мэтью были красными от слез. – Его больше нет, и никак его не вернуть!

Одна часть Эдварда хотела просто кричать от радости, что он совершил немыслимое, обратил время вспять, все неправильное – исправил и все, что говорит мистер Моррис, не имеет ровным счетом никакого смысла, но другая его часть подсказывала ему, что практичный и рациональный Мэтью скорее отправит его дом сумасшедших, чем позволит ему договорить.

Пока мистер Моррис говорил много слов соболезнований самому Сиэлу, молодой человек думал лишь о том, что даже малейшие признаки воодушевления из-за удачных медицинских опытов над Лиамом не должны озарять его лицо. И, к счастью, размышления Эдварда о будущем были сочтены Мэтью за усталость и чрезмерное эмоциональное напряжение.

— Давай зайдем в дом, – предложил мужчина. – Ты плохо выглядишь. Да и я устал с дороги.

Сиэл медленно кивнул, вспоминая, все ли он прибрал в доме, не осталась ли где-то на мебели кровь Морриса, нет ли где-либо в доме признаков того, что один человек восстал из мертвых, а другой – постепенно сходит с ума, и, внутренне похвалив себя, оказался удовлетворен своей предосторожностью.

Когда они подошли к крыльцу и остановились перед открытой дверью, мистер Моррис в нерешительности замер и посмотрел на Эдварда, и тот понял, что до сих пор не объяснил отцу Лиама, почему, собственно, он теперь живет в этом доме.

— Мне захотелось побыть наедине со своими мыслями после похорон. Я тут могу погрузиться в работу, не отвлекаясь, – произнес молодой человек, опустив голову.

— Я это уже понял… Просто нужно столько мужества, чтобы снова зайти в этот дом. Я даже восхищаюсь тобой, Эд, – тоже словно оправдываясь, произнес Мэтью. – Я по дороге так много размышлял над этим моментом…

Вздохнув, мужчина все-таки переступил порог своего особняка и огляделся. Зашедший за ним в гостиную Сиэл с облегчением понял, что никаких посторонних запахов нет. Слуга мистера Морриса безмолвно следовал за ними.