Книга Рапсодия Богемской, страница 73 – Елена Дорош

Неужто это она сперла камушки?

Бред какой-то.

Во время заседания комитета телефоны принято отключать, но на этот раз Дмитрий Сергеевич этого не сделал. Он ждал информацию от Борисова и злился, потому что сообщение должно было прийти еще вчера. Вообще в последнее время ему в голову все чаще приходила мысль, что Борисов ловит мышей все хуже. Сегодня мысль превратилась в стойкое убеждение. На это место нужен другой человек. Витька пора отправить на покой. Поглупел, обленился и зарвался. Корчит из себя правую руку босса и упивается властью. Особенно когда остается на хозяйстве. А с хозяйством управляется из рук вон плохо.

Какое-то время на это можно было закрывать глаза. Борисов всегда брал преданностью, а это ценное качество. Но сейчас гораздо важнее другие навыки и умения. История с камушками стала последней каплей. Вместо того чтобы решить все за день, максимум за два, Борисов устроил какие-то гонки по вертикали — и с кем? — с теткой в инвалидном кресле. Как он вообще проглядел ее тогда? Ведь именно Борисов организовывал «опрос» соседей. Сам по квартирам не ходил, перепоручил шестеркам, вот, как говорится, и результатики.

Нашел на кого надеяться! На двух идиотов, у которых из-под носа утащили грудного ребенка. Интересно, он вообще когда-нибудь обнаружится, этот ребенок? Камушки уже всплыли, значит, есть отличная от нуля вероятность, что выяснится правда и о пропавшем младенце. Возможно, тетка, шустро улепетывающая от них на коляске, что-то знает. Насчет камней, как выяснилось, она в курсе. Это факт. Как они к ней попали, другой вопрос. Тут вариантов тоже немало. На первый взгляд с Хромовым она никак не связана, поэтому не исключена случайность. Почуяв, что становится горячо, Хромов мог использовать тетку для того, чтобы перепрятать камни. Например, в ее квартире. А услугу и молчание оплатить тем камешком, что спер потом дурачок мальчишка. Это был бы лучший расклад. Камней в ее квартире не нашли, но это ничего не значит. За двадцать лет алмазы могли поменять место прописки, и тетка наверняка знает их новый адрес.

Однако возможен и менее удачный расклад. Алмазик тетка взяла совсем за другую работу и об остальных камнях ничего не знает. Плату она могла получить как раз за то, чтобы молчала о ребенке. Она могла видеть, как его уносили и кто это был. Может, так, а может, нет. В любом случае эта Богемская — единственный шанс что-то выяснить.

Но куда пропал Борисов?

Дмитрий Сергеевич снова набрал номер Вити, и снова ему ответили, что абонент недоступен. Едва дождавшись перерыва в заседании, Вельский прыгнул в ожидавшую на стоянке машину и приказал ехать на вокзал. Молчание помощника стало напрягать, значит, придется разбираться на месте.

На Ленинградский вокзал Дмитрий Сергеевич приехал слишком рано, пришлось ждать в ресторане, раздражаясь от одного вида граждан за соседними столиками.

«Надо было лететь», — думал он, брезгливо вытирая салфеткой поданные ему приборы. Салат был пересолен, рыба пахла тиной, кофе вообще принесли холодным. В вагон «Сапсана» Вельский вошел уже на взводе.

Борисова надо убирать. Следовало сделать это еще двадцать лет назад. Не решился. Побоялся остаться без умелых и верных рук. Он сам тогда висел на волоске, поэтому разбрасываться людьми не хотел. Теперь можно поступить иначе.