Книга Пёс неприкаянный, страница 20 – Татьяна Нильсен

И так всё душевно получилось, что не передать. В какой-то момент Евгений подумал, что никогда не собутыльничал с женой. Он выпивал с друзьями, в компаниях, бывало приходил домой навеселе после торжественных мероприятий в Университете, но чтобы сидеть напротив друг друга, вести задушевные разговоры и закусывать колбасой — об этом не могло быть и речи! И вот настало время сопливых признаний. Сташевский забыл о собственных обещаниях. Он вдруг рассупонился душевно и из него полезли излияния:

— Знаешь, Роза, сегодня я узнал, что моя жена мне изменяла. И делал это у меня под носом несколько лет. Ну, два года это точно.

— Перестаньте, Евгений, — Розочка никак не могла привыкнуть к неформальному общению и перескакивала с «ты» на «вы» и обратно. — У тебя стресс, вот тебе и мерещатся всякие каверзы.

— Я узнал это сегодня, — Евгений не обращал внимание на гостью, ему хотелось выговориться, вылить свою горечь словно водку. Он попытался передать часть обиды другому человеку.

На кафедре Евгений Александрович почти не замечал коллегу то ли из-за её невысокого роста, то ли из-за своего завышенного самомнения. Она преподавала социальную философию не больше года. Его жизненные перипетии владели всем его вниманием. Сташевский закинул ломтик колбаски в рот и прожёвывая заговорил:

— Этот мужчина богат. Он сотрудник министерства топливной промышленности. Большая шишка. Мужчина одаривал её дорогими подарками. Привозил из-за границы всякие вещи. А я жил с ней и не обращал внимания. Думал, что платья с туфлями подделки и куплены на рынках. Я обнаружил его в социальных сетях. В одноклассниках он выставил школьную фотографию. Там же и моя жена. Вероятно они встретились и у них завязался роман. Опять же из социальных сетей выяснилось, что он неисправимо женат и имеет несколько детей. Клерки высокого ранга не разводятся. Придя к власти, чинуши не могут обогащаться открыто, поэтому все активы прячут за спинами жён, детей и других родственников. А при разводе рискуют потерять всё. Я думаю, что он снимал для них какую-нибудь квартиру в тихом районе.

— И что он не появлялся и не предлагал помощи, пока твоя Анна страдала от болезни?

— И вот представляешь, в каком она оказалась капкане! Взять от любовника помощь, значит открыть передо мной эту связь! Я бы обязательно спросил, откуда деньги. Вот она эту злость выливала на меня. Каждый день этой грёбаной болезни Анна винила меня в этой самой болезни! А он не принимал никакого участия, потому что не хотел рисковать семейными узами! Ему было плевать на любовницу, которая угасала со скоростью кометы, летящей в космосе. И только я возился с женой, водил в туалет, возил по больницам, готовил бульоны и диетическую еду. А она злилась на меня то ли из-за того, что любовнику стала уже не нужна, то ли совесть мучила из-за измен. Я не знаю! Мне сложно понять мотивы жены. А сейчас и вовсе не с кого спросить.

Розочка с тоской в глазах слушала откровения мужчины. Она смотрела на него распахнутыми карими глазами и плевать хотела на его жену и на её любовника. Самым важным был он и она. Остальное вообще чушь! Всё перемелется, душа успокоится, раны затянутся. А уж она сделает всё возможное, чтобы Женя чувствовал себя любимым и единственным!

«Ничего, — думала женщина, — ночью все кошки серые. — Наступит утро, выглянет солнце и жизнь начнётся сначала. Перемелется — мука будет!»