Книга Апокалипсис? Встаньте в очередь!, страница 12 – Arden

Хрясь!

Тяжелый алюминиевый набалдашник смял гортань зомби. Дядю Валеру отбросило назад, он споткнулся о собственные ноги и с грохотом рухнул на кафельный пол, ударившись затылком о стенд с почтовыми ящиками. Старая жестяная дверца с номером «32» жалобно звякнула и повисла на одной петле.

Системный артефакт не подвел — по металлу биты пробежали жирные синие искры, и тело мертвеца затряслось от электрического разряда, парализовав его на заветные пару секунд.

Этого мне хватило. Я шагнул вперед, занес биту строго вертикально над головой — единственно верная и безопасная траектория в узком коридоре — и, вложив в удар вес собственного тела и тяжесть проклятого рюкзака, обрушил оружие на череп соседа.

[КРИТИЧЕСКИЙ УРОН!]

[Вы убили: Обращенный жилец (Ур. 2)]

[Получен опыт: 25. Текущий опыт: 195 / 400]

Тело дяди Валеры обмякло и начало стремительно осыпаться серым системным пеплом, смешиваясь с кровью консьержки на грязном кафеле. Через пять секунд от слесаря не осталось ничего, кроме маленькой горстки праха и тускло блеснувшей на полу монетки.

Я тяжело выдохнул и оперся на биту, чувствуя, как по виску катится капля пота. Спина гудела. Единичка Силы давала о себе знать — даже такой короткий, десятисекундный бой с тяжелым грузом вымотал меня не меньше, чем спринт от стаи монстров.

Я присел на корточки, стараясь не запачкать берцы в крови, и подобрал лут.

[Получено: Медная монета Системы х3]

[Получено: Ржавый ключ от подвала (Мусор)]

— Жмот ты, дядь Валер, — мрачно хмыкнул я, пряча холодные системные монеты в карман куртки. — При жизни триста рублей до зарплаты не возвращал, и после смерти лут мусорный сбросил. Никакой стабильности.

Я медленно поднялся и посмотрел вверх, в пролет лестницы, уходящий во тьму. Пятый этаж. Впереди было еще четыре пролета густого сумрака, в котором могли скрываться другие соседи, не пережившие интеграцию. И лифт, разумеется, уже никогда не приедет.

Поправил врезающиеся в кожу лямки рюкзака, стиснул зубы от ноющей боли в плечах и поставил ногу на первую ступеньку.

Остальные три пролета я преодолел на чистом, кристаллизованном упрямстве.

Единичка в Силе в сочетании с пятнадцатикилограммовым рюкзаком превратили подъем по лестнице в изощренную пытку. На четвертом этаже я наткнулся на волочащийся кровавый след и брошенную женскую туфлю, но самих монстров, к счастью, не встретил. Видимо, кто-то из соседей уже стал чьим-то завтраком и утащил за собой в квартиру незваных гостей.

Пятый этаж. Знакомая обшарпанная металлическая дверь с латунным номером «54».

Я дрожащими пальцами провернул ключ в замке, ввалился внутрь и с силой захлопнул за собой тяжелую створку. Щеколду — до упора. Два верхних замка — на три оборота каждый.

Только после этого я позволил себе расстегнуть фастекс на груди и скинуть лямки рюкзака. Он рухнул на линолеум прихожей с глухим, тяжелым стуком.

Я привалился лопатками к холодной металлической двери и медленно сполз по ней на пол, вытягивая гудящие ноги.

— Свобода, — прохрипел я в тишину пустой квартиры.

Знакомый запах пыли и вчерашней пиццы показался мне лучшим ароматом во вселенной. Никакой крови, никакого едкого хлорамина и горелой шерсти. Только родной, безопасный бытовой бардак.

Но расслабляться было рано. Дверь у меня металлическая, открывается наружу, выбить ее сходу тяжело. Но у Системы есть элитные монстры, которые плюют на законы физики старого мира. Мне нужна была дополнительная, несистемная защита.