Книга Апокалипсис? Встаньте в очередь!, страница 27 – Arden

Я выразительно посмотрел на Дениса. Очкарик, трясущийся от холода в своем порванном, пропитанном чужой кровью свитере, выглядел жалко. Одно случайное касание когтя хобгоблина — и он труп. Системный барьер не работает постоянно.

Аня нахмурилась, профессионально оценивая нас обоих. Ее взгляд на секунду замер на моей искрящейся бите, затем скользнул по хлипкой фигуре Дениса.

— В машинах... в «Тиграх» остались тактические баулы, — тихо, но твердо сказала она. — Запасная черная штурмовая форма. Кевларовые бронежилеты второго класса, шлемы, армейские аптечки. Мои ребята... им это уже не понадобится.

Произнести последние слова ей стоило огромных усилий. Но она была бойцом спецназа. Эмоции заталкивались глубоко внутрь, уступая место холодной прагматике выживания.

— Справишься? — я посмотрел ей прямо в глаза. — Огр раздавил машины всмятку. Придется резать ремни и лезть в салон к мертвецам.

— Я справлюсь, — ее голос лязгнул металлом. Девушка натянула свою черную маску-полусферу обратно на лицо, скрывая бледные губы. — Прикрой меня сверху.

Мы быстро спустились к замершим лентам эскалаторов, ведущим на второй этаж.

Аня растворилась в тенях, бесшумно скользя вниз, к разбитым стеклам центрального входа. Я остался на широкой площадке над входом, вслушиваясь в ночь и крепко сжимая рукоять биты.

Там, внизу, царил настоящий ад. Смятый в гармошку первый «Тигр», залитый черной кровью Огра асфальт и разорванные тела омоновцев.

Аня двигалась быстро и технично. Никаких слез, никаких лишних движений. Сверкнуло лезвие тактического ножа — она хладнокровно срезала лямки с разгрузок своих погибших товарищей, вытаскивая из искореженных салонов тяжелые черные баулы.

Она успела собрать три увесистые сумки и связать их ремнями, когда ветер внезапно переменился.

В нос ударил густой, удушливый запах гниющего мяса, который с легкостью перебил даже мерзкое амбре моего Костяного перстня. Земля под ногами едва заметно завибрировала.

Усиленный слух уловил это первым. Сначала тихий шелест, похожий на шум прибоя. Затем — многоголосый, утробный гул, хруст сминаемого мусора и скрежет сотен когтей по асфальту.

Со стороны широкого проспекта, выныривая из багрового сумрака, на площадь надвигалась орда.

Не жалкая стая гоблинов. Это была настоящая, плотная волна мутировавшей плоти. Десятки могильных гончих, кислотные плювальщики, какие-то гротескные паукообразные твари размером с легковушку и сотни мелких падальщиков. Их тянул сюда запах крови Огра и свежего мяса спецназовцев.

— Аня, наверх! Бегом! — рявкнул я, отбрасывая скрытность.

Она не стала оборачиваться и проверять. Опыт взял свое. Девушка рывком закинула на плечи связку из трех тяжеленных баулов и рванула к ступеням эскалатора. Но вес снаряжения давал о себе знать — ее движения потеряли прежнюю плавность, она задыхалась.

Первые твари из орды уже вырвались на площадь, с жадным чавканьем вгрызаясь в останки Огра всего в двадцати метрах от входа.

Я не стал ждать. Спрыгнув на несколько ступеней вниз, я перехватил у тяжело дышащей Ани два самых тяжелых баула.

— Не останавливайся! — крикнул я, толкая ее вперед.

Мы взлетели обратно на крышу, тяжело грохоча ботинками по металлу. Денис уже стоял возле неприметной, массивной серой двери с надписью «Служебный вход. Вентиляционная».