Книга Медведь, страница 24 – Джулия Филлипс

Воздух был прохладный и влажный. На деревьях шелестела листва. Сэм завела машину и вдруг представила, как где-то рядом зашевелился зверь.

В следующий свой выходной Сэм возила мать в медицинский центр во Фрайди-Харбор. На сам прием в кабинет врача мать предпочитала ходить одна, но Сэм надо было отвезти ее туда и обратно и где-то подождать, пока она проходит обследование. Сэм проводила это время в городе, бродя по магазинам с телефоном в руке: рано или поздно ей должна была позвонить секретарь клиники и сказать, что пора подъезжать за матерью.

Стояло теплое и ясное утро вторника. Наконец начинался июнь. Через две недели паром перейдет на летнее расписание. Сэм уже готовилась к толпам народу на палубах и очередям перед прилавком. До пандемии в летние выходные она иногда брала двойные смены – это означало в полтора раза больше рабочего времени, зато получалось отложить немного денег. У Элены на кухонном столе лежала стопка счетов, которые требовалось оплатить, и Сэм хотелось в высокий сезон заработать достаточно, чтобы эта стопка уменьшилась.

Но сегодня она взяла выходной. В последнюю ужасную пару лет она возила мать всюду, куда нужно, и даже сейчас, когда снова начали ходить паромы, Сэм брала смены с учетом маминых визитов к врачу. Эленина постоянная работа помогла им выжить в самые трудные времена, когда закрыли навигацию, туристы перестали приезжать и повсюду был ковид. Элене отпрашиваться было слишком рискованно: семья целиком зависела от ее зарплаты. Значит, с врачами приходилось разбираться Сэм в свободные от работы дни. И сегодня кому-то другому отдадут деньги за смену, а Сэм будет бесплатно бродить по Фрайди – Харбор.

Стоило бы заняться опросами, чтобы не тратить время зря, но Сэм никак не могла сосредоточиться. Поэтому она долго пялилась в окно галереи «Перл студиоз» на выставленные там предметы искусства – резную деревянную фигуру рыбы и акварели с видами океана. Ее отражение в стекле выглядело очень четким.

Утром по дороге сюда мать захотела узнать, что там у Элены вышло с медведем.

— Она опять его видела? – спросила мать.

Сэм не понимала, откуда пришла информация: казалось, мамина спальня изолирована от мира. Там все время работал телевизор, заглушая другие звуки, и гудел кислородный баллон. Мать быстро уставала, днем часто дремала, а ночью звала их – в общем, у нее было свое расписание. Она провела сестер через детство, а теперь настал их черед вести маму до конца жизни.

— Элена тебе рассказала? – удивилась Сэм.

— Я слышала, как вы об этом говорите.

Сэм не отрывала взгляда от дороги. Да, подтвердила она, Элена его видела, – но подробности она слегка подправила, чтобы не пугать мать. В ее версии сестра и медведь находились дальше друг от друга и разошлись быстрее. Встреча стала лишь мимолетным мгновением: просто два существа поглядели друг на друга с разных берегов.

Но мать история все равно удивила. И обеспокоила.

— Прямо на тропе? – переспросила она. Мимо окон машины проносился длинный забор, окружающий аэропорт. Мать сидела тихо и наверняка думала про то, как ее старшая дочь столкнулась с опасностью. Вид у нее был измученный. Она совсем исхудала, губы стали синюшными.

Когда Сэм и Элена были маленькими, мама казалась им ошеломляюще красивой. Даже сейчас, когда Сэм вспоминала те времена, она именно так и воспринимала мать. Возможно, посторонним та казалась обычной молодой женщиной, которая выпрямляет волосы перед свиданиями и носит облегающие джинсы с низкой талией. Женщиной без денег и с кучей проблем, которая пытается чего-то добиться, женщиной, которая красит губы коричневой помадой по тогдашней моде, но не очень-то отличается от сегодняшних Сэм и Элены. Но для Сэм она была богиней. Мама так великолепно тогда выглядела – блестящие волосы, густые ресницы, тонкая талия.