Книга Глубина, страница 111 – Крейг Дэвидсон

— Здесь довольно маленькие кровати, – заметила Эл, кивнув на койку Уэстлейка.

Захваченный напряжением момента, Люк захотел поцеловать ее. Она не была одной из тех стереотипных красавиц из Айовы, мелькавших перед глазами всю его юношескую пору; не походила и на Эбби – темноволосую, с нордическими скулами. Но все-таки в Элис было что-то глубоко притягательное. Какая-то живость, дикость даже; нечто суровое, присущее лишь мифическим валькириям. Любить такую женщину… почему бы и нет? Какой вред это может принести? Он жил одиноко и не чувствовал прикосновения женщины с тех пор, как ушла Эбби. Элис тоже ни о ком не упоминала. Они вполне могли бы заняться любовью в окопе, снять напряжение, а затем вернуться к делу…

…но они не будут заниматься любовью – они будут трахаться. Люк был уверен в этом. Набросятся друг на друга, как волки, разрывая, терзая и кусая; не будет ни унции нежности или заботы о теле и потребностях друг друга; это будет жестокое высвобождение похоти, стравливание давления, воздействовавшего на них слишком долго. Из двух разбухших туч прольется сильный дождь, и только. «Триест» исказит их страсть, сделав ее звериной, пустой; они будут лежать потные и исцарапанные, захваченные труднообъяснимым стыдом, более ослабленные и менее сплоченные, чем прежде.

— Я поступлю благородно и посплю на полу, – наконец сказал Люк. – Я весьма галантен в этих вопросах.

Искра, тлевшая в глазах Эл, погасла. Женщина натянуто улыбнулась ему и неловко присела в реверансе.

— Благодарю вас, милорд, за то, что уберегли меня от хищников.

Люк улыбнулся.

— Не стоит добрых слов, миледи. Ваша добродетель должна оставаться незапятнанной, пока вас не представят на большом балу через шесть месяцев.

Неловкий момент миновал. Люк положил глаз на вереницу блокнотов Уэстлейка между койкой и стеной. Удивительно, но он только сейчас заметил их. А ведь в последней аудиозаписи доктор упомянул, что продолжал фиксировать ход исследований на бумаге.

— Я хотел бы пролистать записи Уэстлейка, – сказал Люк. – Вдруг найду что-нибудь.

Эл кивнула.

— Генератор должен быть прямо в этом тоннеле, за соседним шлюзом. Я проверю его, а ты пока сиди здесь.

Шаги Эл эхом отдавались в переходе – все еще звуча близко, но странно отдаваясь во всей станции. Люк услышал шорох открывающейся перегородки. Что-то громыхнуло.

— Ты нашла его? – крикнул он взволнованно.

— Да, – отозвалась она. – Нужно будет с ним немножко повозиться. Подавай время от времени голос, хорошо? Это поможет нам обоим оставаться начеку.

— Принято, – сказал Люк и сел на койку. Глаза чесались от усталости; он помассировал веки и сморгнул, убирая размытость. Пчелка запрыгнула на матрас рядом с ним. Порывшись в пожитках Уэстлейка, Люк нашел пакет вяленой говядины. Слюна тут же переполнила рот. Он даже не осознавал до поры, насколько был голоден. Еду он разделил с Пчелкой – собака проглотила жесткие джерки и слизнула соль с пальцев Люка. Она попыталась засунуть нос внутрь пакета, но Люк отстранил ее.

— Где твои манеры, девочка?

Пчелка опустила голову и стала послеживать за ним украдкой, как неуклюжий шпион.

Люк потянулся к блокнотам Уэстлейка. Эл стучала по чему-то в комнате с генератором, и этот стук успокаивал его. Люк пролистал несколько наугад выбранных записных книжек – научный жаргон, формулы, всякие непонятные сокращения.