Книга Обмен, страница 49 – Джон Гришэм

— Беспокоишься о нашей безопасности?

— Пожалуй.

— Даже не волнуйся! Скорее всего, похитители – боевики из местных племен, которые бродят по Сахаре в поисках неприятностей. Они далеко не хитроумны.

— Надеюсь.

Митч отпил вина и погладил ее по ноге.

— Сейчас мы бродим в потемках. Завтра и послезавтра узнаем больше. Когда настанет время беспокоиться, я тебе сообщу. Пока слишком рано.

— Я это уже слышала.

Кем бы похитители ни были – преступниками или террористами, – их явно тянуло к театральным эффектам. Через четыре дня после налета на контрольно-пропускной пункт и убийства пятерых солдат-охранников, через три дня после обезглавливания турецких охранников бензопилой и через два дня после выкладывания видео в глубинах сети они подвесили на телефонном столбе возле оживленной трассы в Бенгази окровавленное и обнаженное тело Юссефа. Его нашли с зияющей дырой в шее, связанным по рукам и ногам, медленно вращающимся на конце толстого провода в лучах восходящего солнца. К правой лодыжке привязали записку, которая гласила: «Юссеф Ашур, предатель».

Военная полиция заполонила район, перекрыла все дороги и оставила тело висеть до дальнейших распоряжений начальства. Возможно, следовало ожидать еще одну видеозапись убийства, которая дала бы хоть какие-то улики.

Самир отправился на место преступления, убедился, что это действительно Юссеф, которого он знал много лет, и позвонил сначала в «Ланнак», затем Луке.

Судя по всему, в живых оставались только Валид и Джованна.

Кори Галлант ответил на звонок в четыре утра. После трех часов неглубокого сна ему не составило труда встать с постели и отправиться в офис. В восемь тридцать он уже ждал у кабинета Митча.

Один взгляд – и Митч понял, что новости плохие.

— Ситуация получила развитие, – сообщил Кори.

— Я начинаю ненавидеть слово «развитие»!

— Мистер Рух ждет.

В лифте Кори рассказал Митчу то немногое, что знал про Юссефа – где и в каком виде обнаружили его труп. Это произошло часов девять назад, и от тех, кто его подвесил, никаких вестей не было.

* * *

Джек Рух сердился, потому что хотел провести телеконференцию в семь утра, а это не вписывалось в расписание Митча. Рух по-прежнему работал по шестнадцать часов в сутки и славился своими предрассветными совещаниями, призванными доказать его крутизну. Подобные проявления агрессивной маскулинности в «Скалли» изрядно раздражали Митча.

Рух указал на стол для совещаний, покосившись на большой экран на стене. По кабельному в режиме нон-стоп сообщали о землетрясении, но, к счастью, звук был выключен. Новостей из Ливии пока не поступало. Секретарша налила кофе, и Рух сказал:

— Полагаю, Кори сообщил последние новости.

— Я услышал краткую версию, – ответил Митч.

— Пока это почти все, что у нас есть. – Он вновь взглянул на экран, словно ожидая новых вестей в любой момент. Секретарша вышла и закрыла дверь. Рух похрустел костяшками пальцев, поднял взгляд на Митча и спросил: – В «Ланнак» звонил сегодня?

— Пока нет. Это первый пункт в моем списке дел.

— Не тяни! Турки на взводе и очень расстроены. Их штатный юрист – Деннис Туллос.

— Я с ним знаком.

— Хорошо. Мы поговорили вчера вечером. Компания пытается вернуть четыре тела на родину, ливийцы на сотрудничество не идут – злятся из-за судебного иска. Все злятся! «Ланнак» хочет получить свои деньги, и теперь их запросы сильно возрастут из-за того, что Ливия не защищает иностранных рабочих, как обещала. Вероятно, в иск придется вносить изменения и требовать большего возмещения ущерба. Когда суд?