Книга Обмен, страница 97 – Джон Гришэм

Вопрос заключался в том, должны ли ливийцы узнать, что террористы связались со «Скалли». Лука, Митч, Роберто, Джек, Кори и Дариан долго спорили и к единому мнению не пришли. Те, кто был за, надеялись на помощь ливийского правительства (читай – Каддафи) в освобождении заложницы. Те, кто был против, ливийцам не доверяли. Неизвестно, как поступит полковник, если узнает, что похитители требуют выкуп в его собственном государстве.

Все осложнялось тем, что Каддафи явно планировал уничтожить Бараката и его формирования любой ценой. Если под перекрестный огонь попадет Джованна, так тому и быть.

Митч принял решение.

— Можете сообщить нам что-нибудь новое? – спросил Роберто.

— Боюсь, что нет. Судя по всему, военные уверены, что похищение – дело рук Адхима Бараката, скверного типа, чья армия растет на глазах. Никаких контактов с ним, насколько мне известно, не было. Как всегда, в Ливии информация строго контролируется.

— Почему армия не ликвидирует Бараката?

Самир улыбнулся и зажег сигарету.

— Это не так просто, Роберто. Моя страна – огромная пустыня с множеством укромных мест. Границы защищены слабо, соседи редко отличаются дружелюбием и часто вероломны. Там много военачальников, племен, банд, террористов и воров, которые веками бродят по пустыне. Никому, даже столь жестокому диктатору, как Каддафи, не удается взять власть в свои руки целиком.

— Поэтому первая операция успехом не увенчалась.

— Похоже, все прошло не так, как планировалось, несмотря на официальные заявления.

— Целью было спасение Джованны?

— Так говорят, однако большинство слухов, пущенных военными, не заслуживают доверия. – Самир рассуждал как непредвзятый человек с улицы, а не профессиональный осведомитель.

— Что произошло во время второй операции?

— Какой второй? – спросил Самир, подняв брови и изобразив неосведомленность.

— Той, что была прошлой ночью возле поселения Гхат на алжирской границе. Вы, конечно, о ней слышали, хотя правительство наверняка пытается о ней умолчать. Похоже, армия угодила в очередную ловушку и все пошло наперекосяк. О Джованне нет никаких упоминаний.

— Ваши разведданные точнее моих, Роберто.

— Иногда. Мы тратим огромные деньги.

— Я знаю лишь то, что читаю в газетах, а они редко бывают точны.

Роберто кивнул, словно поверил.

— Вот в чем опасность, Самир. Армия не знает, где Джованна, и до сих пор не выяснила у кого. Ее дважды пытались вызволить с помощью спецназа, но похвастаться нечем – сплошь потери и позор. Они в отчаянии. Каддафи легко может закусить удила и устроить полномасштабную войну. Если это произойдет, погибнет много людей, в том числе и Джованна.

Самир кивнул, соглашаясь с его логикой.

— Полковник постоянно теряет голову. Привычка у него такая.

Роберто зажег сигарету, отпил вина и помолчал.

— Самир, у нас к вам конфиденциальное дело. Очень важное и требующее большой осторожности.

— Я к вашим услугам.

И полковник тоже.

— Они пошли на контакт. Связались не с семьей, а с нашей юридической фирмой в Нью-Йорке.

Самир ахнул, не в силах скрыть удивления, дернул головой вправо, затем взял себя в руки.

— Террористы?

— Да. Потребовали выкуп и назначили срок. У нас еще восемь дней.

— Кто они?

— Мы не знаем. Сообщения поступают от загадочного связного в Нью-Йорке. Очень умно, кстати.