Книга Луковая ведьма, страница 99 – Полина Луговцова

Когда он вышел из центральных ворот турбазы и повернул к остановке, навстречу ему попалась Нюра на велосипеде, вырулившая из-за поворота. Объезжая Тима, она вильнула влево и ускорилась. Тим обернулся и хотел окликнуть ее, но в этот момент к остановке подкатил автобус. Проводив взглядом Нюру, проезжавшую мимо ворот турбазы, Тим заметил в багажнике ее велосипеда большой полиэтиленовый пакет с логотипом местного магазина. Сквозь полупрозрачный полиэтилен виднелись продукты: колбаса, хлеб, картонная упаковка с соком и какие-то фрукты – то ли апельсины, то ли яблоки… хотя нет, это было больше похоже на лук!

«Снова лук! Да сколько можно!» – потрясенно подумал Тим, утверждаясь во мнении, что с Нюрой что-то не так: зачем ей покупать лук, если у них с Аллой Павловной весь огород луком засажен?! Однако эта мысль не получила продолжения: звук закрывшихся дверей автобуса заставил Тима со всех ног броситься к остановке. Водитель заметил его и вновь открыл двери. Запрыгнув в салон, Тим спросил у него:

— До «дальнего» кладбища доеду?

Тот кивнул, нажал кнопку на приборной панели, и двери за Тимом с шумом захлопнулись.

Через пару остановок автобус выехал на шоссе и стал набирать скорость. По обе стороны дороги потянулись высокие глухие заборы, подпиравшие тяжелые пласты хвойных лап, простиравшихся за их пределами. Вдали, за соснами, угадывались очертания зданий санаториев, турбаз и отелей. Прорехами в заборах мелькали проемы въездов, оканчивавшиеся, как правило, большими решетчатыми воротами, увенчанными вывесками с названиями туристических объектов. Тим успел прочитать несколько вывесок: «Серебряный кедр», «Мишкины шишки», «Зеленые небеса», «Ласточкино гнездо»; а потом автобус разогнался так, что прочесть уже ничего было нельзя. Вскоре заборы кончились, и за окнами с левой стороны распахнулся зеленый простор, затейливо изрезанный оврагами и усеянный островками редких березовых рощиц, за которыми неровным пунктиром серебрилась река. С правой стороны на дорогу напирал дремучий лес, казавшийся почти черным из-за обилия темно-зеленых елей, чьи остроконечные макушки вонзались в небо, как зубцы частокола, образующего неприступную стену.

К этому моменту салон автобуса почти опустел: кроме Тима, там оставались лишь два немолодых пассажира (вероятно, супружеская чета), обремененные ношей в виде вместительных дорожных саквояжей, разместившихся у них на коленях. Судя по объему багажа, супруги ехали издалека и надолго. Оба с любопытством и некоторым волнением поглядывали в окна, словно не были уверены в том, что следуют в правильном направлении. Скорее всего, они держали путь в какой-нибудь санаторий, но вокруг, от горизонта до горизонта, не наблюдалось ни одного строения, и это их явно тревожило. Сухопарый старичок в больших круглых очках подслеповато щурился и сидел как на иголках, то и дело ерзая на сиденье и озираясь. Его большая неповоротливая супруга бормотала ему что-то успокаивающее, а сама всматривалась в проплывающие мимо пейзажи с видом человека, потерпевшего бедствие в открытом море и потерявшего надежду добраться до суши. В конце концов старичок не выдержал и, вытянув жилистую шею, прокричал водителю:

— Подскажите, далеко ли еще до санатория «Русское раздолье»?