Книга Мне уже не больно, страница 198 – Лили Рокс

— Здравствуйте, — пробормотала я, чувствуя, как дрожь проходит по всему телу.

— Олег! — рявкнул он, не обращая на меня внимания. — И давно ты за моей спиной крутишь шашни с этой шлюхой? Прямо при Даше?! У вас двоих мозги есть? — его слова прозвучали, как приговор. Я видела, как Олег побледнел, но Лана, напротив, застыла, глядя на Лазарева так, будто знала, что ничего хорошего ее не ждет.

— Но ведь они не сделали ничего плохого… они просто готовили оладьи, — попыталась вставить я, голос дрожал, но надо было хоть как-то разрядить обстановку.

— А ты молчи! — рявкнул Лазарев, его взгляд метнулся ко мне, полыхая злобой. — Или ты тоже, может быть, занимаешься этим за моей спиной? Отвечай! — его глаза буравили меня, и я вдруг почувствовала, как все внутри сжалось от страха. Казалось, еще немного, и я просто рухну со стула.

— Я для тебя и то, и се, а ты, значит, вот так! — он будто плюнул словами, полный презрения и злости. Я молчала, понимая, что каждое слово только усугубит ситуацию. В груди билось предчувствие чего-то страшного.

— Олег! Свали отсюда, с тобой потом поговорим! — рявкнул он и указал пальцем на дверь. Олег быстро исчез, словно его не было. Но Лазарев еще не закончил. Он медленно повернулся ко мне, его взгляд был словно тяжелый удар.

Мне стало тяжело дышать, я начала задыхаться, воздух словно не доходил до легких. Паника нарастала, а руки холодели. Лана, увидев это, сразу подлетела ко мне, приобняла за плечи, тихо уговаривая:

— Давай, дыши. Все хорошо, это просто нервное. Пройдет, — ее голос был тихим, но уверенным, словно она пыталась убедить меня, что это временно, что через секунду все закончится.

— Руки убери от нее! — рявкнул Лазарев, словно зверь, поймавший свою жертву. — Не смей ее трогать своими грязными руками. Тварь! Пригрел змею на груди! — его слова резанули по нервам.

Лана медленно убрала руки с моих плеч, и я ощутила, как мир вокруг стал еще холоднее, без ее прикосновения.

— Подойди ко мне. Живо! — приказал он, голос срывался на рык. Я не сразу поняла, кому он это адресовал. Но Лана, без малейшего протеста, сделала несколько шагов вперед. Ее движения были медленными, почти обреченными. Казалось, каждый ее шаг отдавался эхом в наступившей тишине. Лазарев пристально смотрел на нее, его глаза сверлили ее, а презрительная улыбка на губах была холодной и жестокой.

Он молчал, всматриваясь в ее лицо, как будто пытался увидеть в ней что-то, чего раньше не замечал, как будто эта Лана была для него совершенно чужим человеком.

Лазарев обрушил кулак на голову Ланы, словно выплескивая всю свою ярость. Лана пошатнулась, потеряв равновесие, но не успела даже вскрикнуть, как следующий удар пришелся в живот. Лана согнулась, захрипела от боли, но Лазарев не остановился. Удар по лопаткам уложил ее на пол, а дальше все превратилось в кошмар. Лазарев пинал ее ногами, словно выбивая из нее жизнь.

Время остановилось. Все происходящее стало невыносимо замедленным, как сцена из ужасного сна. Мне казалось, что я застываю, утопая в собственной беспомощности, но в тот момент, когда Лана оказалась на полу, внутри меня что-то сорвалось. Я, не раздумывая, прыгнула на спину Лазареву, пытаясь остановить его чудовищную силу. Он был как дикий зверь, ослепленный яростью.