Книга Золотая орда, страница 100 – Мила Дрим

И тут же я услышала укор совести – «Тимур – такой же бандюга».

Я сжала челюсти от нахлынувшей боли и спешно переключила канал, не желая больше пялиться на эту глупую историю. И все же, семена ревности начали давать быстрый восход. Мое живое воображение начало рисовать Тимура в компании с другими женщинами. Вот они веселятся, вот пытаются угодить ему, вот он…

Я резко сказала себе: «СТОП».

Довольно измываться над собой. Я действительно не знала, чем мой муж занят – и это давало безграничные возможности моей фантазии действовать – ведь у незнания нет границ, и потому оно так беспощадно. Что бы я себе там не напридумывала – не обязательно, что это случилось на самом деле. Я не хотела начинать нашу семейную жизнь с недоверия и ревности, поэтому, решительно отогнав дурные и такие разъедающие мысли, я прямиком направилась в ванную комнату, чтобы принять душ.

Теплая вода струилась по моему лицу, шее, плечам, груди, животу, бедрам… А я, закрыв глаза, на секунды, представила, что это Тимур касается меня. Несмотря на то, что в нашу первую брачную ночь я не испытала сто миллионов удовольствий, я обожала, когда он просто прикасался ко мне. И как же хорошо, что лишь он знал и трогал меня. Только он.

Я искупалась и переоделась в свою теплую фланелевую сорочку. Она пахла моим домом, и сердце тут же отозвалось – заныло, заболело, затосковало. Моим прежним домом – поправила я себя. Теперь мой дом – здесь. Пройдя по коридору, я нерешительно застыла на пороге спальни – комната показалась мне такой большой, холодной без Тимура. И кровать – слишком огромной. Вряд ли я смогу здесь уснуть. Я взяла с полки шкафа тонкое одеяло, которым прежде укрывался мой муж, и прошлепала по теплому полу в зал. Забравшись на диван, я до носа натянула колючее одеяло и, просматривая передачу про галерею Уффици, погрузилась в сон.

Я проснулась на рассвете от четкого, пробирающего до дрожи в теле осознания, что на меня кто-то смотрит. Боже мой, это было так страшно – преодолевая липкий ужас, поднять свои веки, чтобы встретиться с реальностью.

Но в этот раз реальность была прекрасна – на меня, пронзая взглядом, взирал Тимур. Вернулся. За окном только-только начинался рассвет, и я смутно видела выражение лица моего мужа. Он показался мне отчего-то задумчивым, не знаю, может это я придумала так. Но самое главное – он приехал. Солнце залило мое сердце, и тепло разлилось по венам.

Я не смогла, да и не хотела сдерживать себя – мои губы дрогнули, а затем изогнулись, улыбаясь. Глаза Тимура блеснули в полутьме, он подался вперед и, сорвав с меня одеяло, лег прямо на меня, придавливая своим весом. Я уткнулась носом в его шею: он пах, как и прежде, горько – сладко, только к этому пьянящему аромату добавились и другие запахи: металлический запах, и другой – неизвестный мне, но тут же, вызывающий тревогу, но не ревность.

Я ожидала, что он поцелует меня, но ошиблась – вместо этого, чуть приподнявшись на локтях, Тимур всматривался в мое лицо. Что он хотел там найти? И нашел ли?

— Почему не легла в спальне? – прошептал Тимур, и я вздохнула, ловя его щекочущее дыхание на своих губах.

— Я не смогла. Слишком одиноко, – призналась я.

Тимур провел носом по моей щеке, словно нюхая и наслаждаясь тем, как пахнет моя кожа.