Книга Холодный герцог, страница 46 – Мила Дрим

— Так что, Уилл, сможешь проконтролировать этот вопрос? – Дэвид пристально посмотрел на своего старинного приятеля, графа Вильяма Моргана.

— Можешь быть спокоен. В твоё отсутствие все дела будут под моим личным контролем, – уверенно пообещал Уилл. Он, выдержав паузу, поинтересовался:

— Как долго ты намерен отсутствовать?

— Точно сказать не могу. Месяц, два, пока не улажу все дела, – герцог всунул руки в карманы брюк и посмотрел на ясное, голубое небо. Погода который день радовала Лондон. Но Дэвид не обольщался на счет этого. Он твердо знал – то обманчивая иллюзия. Совсем скоро начнутся дождливые дни. Серость, холод, пустота. Все, как в жизни.

— Серьезные проблемы? – Уилл чуть сощурил карие глаза.

— Нужно увидеть своими глазами, чтобы понять это.

Вильям сухо усмехнулся. В этом был весь Дэвид Ричмонд – для того, чтобы быть в чем-то убежденным, он предпочитал сам принять в этом участие. Увидеть картинку с изнанки.

Старые приятели еще около получаса обсуждали общие дела, после, попрощавшись, герцог направился в сторону дома. Уже будучи в коридоре, Дэвид уловил сладкий, давно забытый им аромат. Воспоминания из детства – яркие, короткие вспышки, на миг, ослепили герцога. Совладав с собой, Дэвид порывисто провел пятерней по своим густым волосам. Стер жесткой ладонью с лица усталость и, уже как ни в чем не бывало, стремительным шагом взобрался по лестнице.

Уже идя по коридору, герцог вновь уловил манящий, сладкий аромат. Он вел прямиком к спальне Дианы. Не сдержавшись, Дэвид легонько постучал в дверь.

— Я не сплю, Рут, – донесся, с грустными нотками, голос.

Герцог плавно открыл дверь. Глазам мужчины предстала прелестная, уютная картина. Молодая красавица, одетая в простенькое, домашнее платье, золотистые кудри которой непокорно лежали на плечах, полулежала на софе. В светлых пальцах Диана держала изящную чашечку. Именно она источала этот сладкий, волшебный аромат.

— Ты пьешь какао? – вместо приветствия, приглушенно поинтересовался Дэвид. Не дожидаясь разрешения, он прошел в комнату, и сел на пуф, напротив жены.

— Ваша Светлость! – застигнутая врасплох появлением мужа, Диана ощутила волнение в груди. – Вы здесь? Что-то случилось?

— Действительно, какао, – сам себе отвечая, произнес Дэвид, приподнимая крышечку фарфорового чайника и заглядывая внутрь. – Больше тридцати лет не ощущал его аромат в своем доме. Случилось? Нет, я заглянул проведать тебя.

— Проведать меня? – удивление поползло по лицу Дианы, и герцог увидел перед собой неподдельную, детскую искренность. Ему стало не по себе.

— Скажем так, сперва, мне стало любопытно, откуда идет аромат какао, а после, увидев тебя, я вспомнил, что тебе не здоровилось, – оставаясь верным своей честности, ответил Дэвид.

— Благодарю, мне уже лучше. Налейте и себе какао, Дэвид. Его сварила Рут, оно получилось выше всяких похвал. Она волшебно готовит его, – мягко улыбаясь, сообщила Диана. Тонкое тепло, которое стало закрадываться в её грудь после слов мужа, медленно расползалось дальше. И хотя, будь на месте Дианы другая, избалованная женщина, она бы непременно обиделась на фразу мужа, в котором тот признавался, что сначала заинтересовался ароматом напитка, и только потом, состоянием жены. Но для молодой герцогини, обладающей чутким, добрым сердцем, эти слова стали поводом для радости.