Книга Заряна. Укрощаю любовью, страница 49 – Люсинда Миллер

— Зараза к заразе не пристанет. Чего ты бушуешь? Не пойму…

Конечно! Откуда ему знать какие у меня трудности сейчас. Я присел на софу и вперил недовольный взгляд на брата. Тупит парень. Молод еще. Может девственник даже. Надо поговорить.

— А сколько жить планируешь?

— Неделю, может больше, — повел плечами, оглядывая квартиру пристальнее. — У тебя комфортно. И вкусно. Может задержусь, — подмигнул мелкий наглец.

А мне поплохело.

— Подаю сразу в несколько ВУЗов заявление. У мамы и отца спор: один за то, чтобы шел на юридический, другая за экономиста. А я музыку люблю. Но в меня не верят: гиблое в плане карьеры творчество, — и так тяжело вздохнул, насупившись. — А ты что посоветуешь, Амир?

Я тяжело взглянул на брата. Хотел посоветовать свалить с моей квартиры. Но как объяснить причину нежелания его нахождения не знал.

— Воздержусь от мнения. Поступай туда, где легче учиться, наверное, не знаю, — растерянно провел пятерней по волосам, думая сейчас лишь о том, как спровадить брата. Даже на мгновение ощутил стыд.

— Может я тебе сниму отдельную квартиру? Или номер в гостинице с питанием "включено"? — спросил с надеждой.

— Ты мне не рад, — понял мелкий, устремив взгляд в окно. — Ты с кем-то живёшь? — резко обернулся и так серьезно на меня посмотрел, что я опустил взгляд, лишь подтверждая его догадку.

— Не говори глупости. Я и с кем-то жить? — излишне эмоционально взмутился.

— Ну да, сложно представить, — задумался. — А почему не рад тогда?

Я продолжал молчать. Смотрел на него в упор, строя фразы, как получше соврать и не мог ничего найти подходящего. Принимая подножку судьбы, как неизбежное, махнул рукой. Будь что будет.

— Хорошо, живи, сколько потребуется.

Мысленно решая, что Зарянке сниму квартиру посуточно, на период пребывания брата у меня. Хотя этот вариант тоже мог оказаться рискованным. Она может не принять мою помощь и уйти совсем. Особенно отягощал ситуацию утренний казус. Атмосфера в жилище душила и я поспешил сбежать.

— Запасные ключи в тумбочке, если захочешь прогуляться. Еду, как я вижу, ты уже нашел.

И уже стоя в коридоре, объявил:

— Вернусь после обеда или позже. Будь как дома. Уже на пороге, услышал фразу, что уронила меня на лопатки.

— Откуда в твоей квартире тогда женские вещи, Амир?

Туше.

Я медленно обернулся и обалдел: Шамиль держал в руках пижамные шорты Зарянки. Аккуратно так, элегантным жестом за атласные ленты и лукаво глядел мне в лицо.

Попался!

Захлопнул тихо дверь, не сводя взгляда с брата.

— Положи туда, откуда взял.

— Да, конечно, — засуетился руками, пристраивая вещь на пуфик, делая лишние движения.

А меня даже ревность обуяла, что брат трогал одежду с ее запахом, что они касались ее запретной плоти, тогда как я трогать не имел права.

Вернулся в комнату, напустив небрежный вид, заправив руки в карманы джинсов уставился на Шамиля: чего я ждал? Что брат устыдится. Ага! Куда там! Наглец поднял брови, предвкушая мои признания.

— Только не говори Амир, что ты фетишист? Или трансгендер?

Парень хоть и юн, а бить умел в солнечное сплетение одной фразой.

— Это не моё, — все, что смог я из себя выдавить.

— Вопрос напрашивается сам собою: чьё?

Я не мог найти смелости сказать о девушке. Шамиль знал еще со свадьбы Расула о моих домогательствах. Позже на новогоднем празднике от его взгляда не укрылись мои поползновения в сторону Заряны. Но он мало что видел, а сейчас смекнет. Еще хуже если застукает девушку в квартире. Хотя куда хуже?