Книга Халид, я расправляю крылья, страница 36 – Люсинда Миллер

Сердечные переживания не одному мне известны.

Ну и пусть лицо разбито,

зато милая у ног.

Гюнель.

После обеда погода испортилась, и так будучи щедрой на солнечные ясные дни. Заморосил дождик, нагнал тучи с гор и прохладу. Из спортивного комплекса уезжали грустные. Еще один запланированный поход к старой башне пришлось отменить.

Посетив мини-маркет в поселке, закупили необходимые продукты. Последний вечер накануне отъезда. Из-за сырости и холода жильцы разбежались по своим шатрам, разжигая печки и кутаясь в пледы. В горах перемена температуры ощущалась резко.

— Мам, а мы растопим свой камин?

— Если получится, то да.

— А если нет, попрошу Халида Руслановича, – заверил сынок.

— А почему его? Ведь твой тренер Антон Андреевич.

— У него семья, он с Дашкой занят и ее мамой. А дядя Халид свободный Он нам поможет.

От таких доводов я не отверчусь. Сын нуждался в мужском влиянии и тянулся к тренерам. Деда и дяди ему явно не хватало. И все же я подспудно его избегала. Особенно после ночи накануне. И его обещаний при оказании ему помощи. Но сегодня сын ночевал со мною и я не опасалась за свою добродетель. Осмелела. Только хотела позвонить Дамирову, как он, словно учуяв мои флюиды, нарисовался на крыльце. Елисей, заметив его в дверном проёме, радостно припустил к визитёру.

— Халид Русланович, Вы нам нужны! – и, не успев тот снять обувь, влетел в жилище, схваченный цепкой хваткой мальчика.

— Я пришел узнать, может нужна помощь? – объяснил нам свой приход тренер и так посмотрел на меня, предлагая бонусом и другую услугу.

Я поспешно отвела взгляд, ища срочно тему для нейтрального разговора.

— У нас прохладно, мы хотели зажечь камин, но я никогда не разжигала и побаиваюсь.

— Хм, сейчас все сделаем. Дрова должны быть в подсобной комнате, – и исчез в кладовке.

Ориентировался как у себя дома. Открытие прострелило ясной картиной: Халид знал этот домик как свое жилье.

Огонь поддался своему Прометею, легко воспламенившись в очаге. Дамиров так уверенно двигался, проводил необходимые манипуляции. Елисей крутился рядом, всем интересуясь, сидя на корточках перед очагом. Поленья потрескивали, отдавая тепло печке, распространяя дух жизни по комнате. Я же стояла в сторонке, поглощая картину сплоченных мужчин одной затеей. Ощущение идеальной картины семьи разлилось щемящим чувством внутри. Я чуть не растрогалась до слез.

— Мама, иди к нам, погрейся, – настаивал сын. Халид обернулся, молча ждал, когда присоединюсь. Я скинула наваждение.

— Я на кухню. Надо что-то приготовить перекусить, – и сбежала от них.

Мини-кухня с двумя шкафами, электрической плитой и холодильником занимала почти все пространство. Столик на три места максимум стоял у окна. Он же и разделочный. Разобрала пакеты. Хлеб, сыр, овощи. Повернулась и наткнулась на Халида, стоящего в проёме двери. По позе и взгляду заметно, что он искал повода остаться.

— Тебе помочь?

Я растерялась. В замкнутом пространстве его близость ощущалась сильнее.

— Собираюсь делать якитори*, можешь помочь нанизать мясо на шпажки.

Его не надо упрашивать. Халид уже действовал. Слегка потеснив меня, мягко обошёл, почти не касаясь, и начал готовить с видом кухонного мастера. Ловко орудовал ножом, нарезая куриное филе на полоски, змейкой нанизывая на деревянную щепу.