Книга Халид, я расправляю крылья, страница 35 – Люсинда Миллер

— Мама! – подбежал ко мне сын. – Это ты его отвлекла своим вскриком. Он бы выиграл! Не можешь смотреть спарринг, сиди дома, – и недовольно скривился, глядя на побежденного своего кумира.

Я устыдилась. И горестно смотрела на нашего тренера. А он, сняв шлем, вытирал пот с лица и улыбался мне. Я не слышала издалека о чем говорили мужчины, но довольные осуждали технику, делясь мнением. Я отвернулась, не зная куда деть взгляд. Засуетилась, собирая наши куртки, пока не услышала, как меня позвали.

— Гюнель Захаровна, – подошел Антон Андреевич. – Вы же медсестра?

— Да, а что случилось?

— У Халида Руслановича носом кровь пошла.

Мне не надо и говорить, что случилось, я уже по лицу видела, как он зажимал переносицу. Бросив вещи, схватила влажные салфетки из сумочки, поспешила к пострадавшему.

— Халид, держите голову вниз и не отпускайте пальцы, – приказывала я ему, попутно вытирая струйку крови.

— Может у вас есть лед или что-то другое из холодильника? – обратилась я к тренеру, только что бившимся с ним.

Тот лишь покрутил головой.

— Да не переживайте так, что он нос не разбивал никогда, привычные мы, сейчас остановится.

При этом бегал заинтересованным взглядом от Халида ко мне. Позади меня кто-то возбужденно спорил по теме боев, дети разбежались по залу, утратив интерес к нам. А я смотрела на лицо мужчины, касаясь его впервые, не смотря на неоднократный секс. Халид опешил. Убрал свою руку, позволив мне держать салфетку у лица, и лишь сидел и смотрел мне прямо в глаза. Я отвела свой взгляд, не в силах выдержать внимание. Услышала покашливание. Обернулась на звук: Расул, держа подбородок пальцами задумчиво потирал ими щетину, придумывая на ходу нашу историю отношений.

Халид.

Никогда еще не радовался разбитому до крови носу. Вот, оказывается надо пострадать, чтобы моя “авиценна” поспешила мне на помощь. Пришла сама по своей воле. И так нежно заботилась. Я и забыл, как когда-то это делала мама в далеком детстве. И ни одна моя пассия во взрослой жизни. Валиев все понимал. Еще до спарринга приметив ее в толпе родителей и мой к ней нескрываемый интерес, поинтересовался:

— Кто та девушка?

— Мать одного из спортсменов, – ответил я уклончиво.

— И тебя она интересует.

Я не ответил.

— Халид, она же старше тебя. У нее ребенок довольно взрослый. Скорее подходит по возрасту мне, – Расул меня провоцировал.

— Даже думать забудь про эту женщину!

На что Валиев рассмеялся, дружески хлопнув по плечу.

— Ну тогда терпения тебе в завоевании, идем, покажем детям настоящий бой.

И сейчас я метался между пальчиками моей медсестры и желанием врезать в довольную рожу Валиева. Вместо того, чтобы уйти, он наслаждался зрелищем. Я вскочил, кровь уже перестала идти. Вырвал платок из пальцев Нель, прерывая ее заботу.

— Спасибо, уже прошло.

— Извини, что из-за меня пропустил удар, – она искренне переживала.

— Извинишься ночью, – прошептал ей на ухо так, чтобы слышала только она.

Гюнель шарахнулась в испуге, будто я предложил компенсировать здесь и немедленно. Вспышка злости и вот она уже развернулась и уходит от меня прочь. Я глубоко вздохнул.

— Что, друг, не даётся? – посочувствовал мне Валиев.

— Я ей нравлюсь. Но разница в годах для нее веская причина.

— Мне знаком отказ девушки, что понравилась, – и взгляд его затуманился воспоминаниями.