Онлайн книга «Любовь под паролем»
|
А дальше… как это часто бывает в сети: пара лайков, пара ответов, несколько личных сообщений — и всё завертелось. Прошёл месяц, и я ловлю себя на том, что каждый раз с нетерпением жду вечера. Жду звука уведомления. Без его сообщений день будто не складывается до конца. Он умеет слушать (точнее, читать), тонко шутить, и просто быть рядом. А теперь он предлагает сделать шаг. Переступить ту тонкую грань между виртуальным и настоящим. Одиссей: Ты где? Испугалась? 😉 Ледяной цветок: Конечно, нет! Просто… не ожидала такого поворота. Одиссей: Тогда? Ледяной цветок: Даже не знаю, что сказать… Честно? Я просто раньше об этом не думала. Вообще. Одиссей: Понял. Подумай пока. Только недолго — а то кофе остынет. Ледяной цветок: Хи-хи, подумаю! 😊 Я откинулась на спинку дивана, прижимая телефон к груди и невольно улыбаясь. Вот именно за это я его… ценила. За лёгкость. За то, что он никогда не давил, не торопил. С ним можно было говорить обо всём: о глупом споре с соседкой, о внезапном желании перекрасить стены в спальне, о дачном детстве и даже о начальнике-самодуре. И он тоже делился — о сложных заказах, о вдохновении, которое находил в самых неожиданных местах, о любви к старому дереву и запаху меловой краски. Просто… тёплый, тихий обмен частичками жизни — сквозь экран. Ледяной цветок: Понимаешь… Просто мне очень нравится вот так. Говорить с тобой. Иногда мне кажется, что я могу рассказать тебе всё что угодно. И ты — мне. Это важно. Ценно. Одиссей: Понимаю. Мне тоже. Тогда без спешки, хорошо? Никаких обид. Ледяной цветок: Ок. Спасибо тебе. Спокойной ночи, Одиссей. Одиссей: Спокойной, Ледяной цветок. Сладких снов. 🌙 Я уже собиралась отправить телефон на зарядку, когда темноту комнаты разрезала вспышка. Сообщение. Но не от Одиссея. Из другого чата. От босса. Текст — короткий, сухой, без приветствия и единого знака препинания: Кирилл Грачёв: Виктория завтра к семи в офисе предыдущий вариант дизайна баннеров неудачный прошу без опозданий у меня после обеда Сапсан Весь тёплый, лёгкий, вечерний настрой лопнул как мыльный пузырь. Я закатила глаза так сильно, что чуть не увидела собственный затылок. Ну вот, началось. Кирилл Грачёв. Мой босс. Гений графического дизайна с характером дикобраза в грозу. Вечно недоволен, вечно торопит, вечно придирается. Ни капли человеческого тепла. Противоположность моему… Одиссею. Сжав губы и не меняясь в лице, я коротко ткнула в экран: Виктория: Ок. * * * Утро встретило меня промозглым ветром, пробирающимся под лёгкую куртку и жалящим кожу. Шесть сорок. Я бежала по ещё пустынным тротуарам Васильевского острова — сумка с ноутбуком больно била по бедру, а в голове всё громче стучало: «Семь утра. Семь утра. Грачёв меня убьёт». Город, укутанный в серую дымку, только начинал просыпаться, зевал сонными окнами и лениво тянулся к свету. А я уже чувствовала себя загнанной лошадью. Позвонила мама. — … И когда ты, наконец, остепенишься, Вика? Дизайн — это, конечно, мило, лучше, чем твои художества, но ведь нестабильно! Вот тётя Люда — её дочь уже двоих родила, муж — банкир… Я бросила взгляд на экран такси-приложения. Все машины либо «заняты», либо «через 15 минут». Пешком быстрее. — Мам, я бегу на работу. Давай позже, хорошо? — выдохнула я, переходя на рысцу. |