Книга Двуликие, страница 20 – Анна Шнайдер

— Почему? — недоумевала я.

— Потому что булочки — вкусные, но бесполезные. А хлеб с отрубями, особенно если он тёплый, — и вкусный, и полезный.

Матушка Роза любила подобные сравнения. Я же всегда была более прямолинейной, поэтому просто говорила, что жизнь в борделе — не моя мечта.

Лекарское дело — вот что нравилось мне по-настоящему. До дрожи в коленях.

И мне было немного стыдно за то, что, в отличие от девочек и матушки Розы, я всё-таки больше радовалась, чем грустила о предстоящей разлуке. Конечно, мне было страшно, но и радостно тоже. Ведь я двигалась к своей мечте.

— Смотри не забывай нас, — тихо сказала матушка Роза, сажая меня в карету и подавая чемодан с вещами. — И навещай почаще. Договорились?

— Договорились, — кивнула я и чмокнула свою приёмную мать в щёку.

— Будь умницей, Шайна! — крикнула с крыльца Клоди.

— Учись хорошо! — вторила ей пышногрудая Лизетт.

— Лучше всех! — заключила рыжая Кэрри.

Я обещала.

Кареты в ЛАМ съезжались со всех концов Лианора. Самые обычные, как у меня, и парадные — у студентов побогаче. Останавливались, высаживали пассажиров возле ворот, где был организован пункт приёма багажа, и дальше все шли уже пешком и без чемоданов. Это напоминало ритуал — все студенты, и неважно, какого курса, шли в академию пешком. Сбивались в стайки, знакомились…

— Эй!

Я с удивлением осознала, что сердце от радости забилось сильнее.

— Привет, Шайна! — Дин налетела сзади — я даже не успела обернуться — и крепко сжала мою руку. — С возвращением в эти стены!

Она ничуть не изменилась за месяц — такая же толстая золотая коса, дружелюбные голубые глаза, большие улыбающиеся губы. Россыпь мелких веснушек на носу — словно капельки росы. И простое серо-коричневое платье с завязками под грудью.

— И тебя с возвращением, Дин.

Она принялась болтать о каких-то глупостях — о погоде и будущей учебе, о том, как она недавно покупала себе платья для того, чтобы ходить в них в академии, — а я просто шла рядом, слушала её голос — и мне было хорошо. Просто хорошо, без всякой причины.

На Дин оглядывались, пару раз я замечала заинтересованные взгляды парней, и я понимала их интерес — Рональдин была удивительно живой, настолько живой, словно она никогда не видела плохого и не знала о нём. Словно её сердце было свободно от боли… в отличие от моего.

В холле первого этажа академии, именно там, где мы стояли, ожидая начала экзамена, все толпились возле огромных чёрных досок со списками. Поначалу я не сообразила, что это такое, но потом, когда Дин, проталкиваясь сквозь толпу, подвела меня к одной, всё поняла.

— Вот, смотри! Первый курс. Мы, значит. Та-а-а-ак. Ага! Рональдин Арро, группа АР-1-1, комната 305.

— Что значит — АР?

— Артефактор. Давай, Шайна, ищи себя!

Я быстро проглядела список фамилий.

— ШайнаТарс, группа ЦЛ-1-2, комната 305.

Рональдин первая взвизгнула, сообразив раньше меня, что это значит.

— Комната 305! Ура! Мы будем жить вместе!

А я в тот момент окончательно уверилась в том, что академия действительно не совсем обычное здание. Она живая. Иначе почему нас с Дин поселили вместе?

В совпадения я никогда не верила.

Очереди в административно-хозяйственном отделе, где выдавали ключи от комнат, могли бы позавидовать все лучшие булочные Лианора. Правда, рассасывалась она быстро. Каждый студент получал не только ключ, но и бумажку с расписанием, а ещё небольшую книжулю — свод правил академии.