Книга Двуликие, страница 365 – Анна Шнайдер

— Спасибо, — сказала я искренне. Я могла бы сделать это и сама, такими «облаками» пользовались целители, поэтому я умела их создавать. Но Коул успел первым.

— Не за что. Сейчас ещё зонтик сотворю, иначе промокнем.

Несколько секунд — и над нами появилось небольшое круглое пространство, не пропускающее воду. Правда, от луж оно не спасало, но, что предпринять, чтобы ноги не мокли, я не имела ни малейшего понятия, а туфли было жалко.

— Нет, — я покачала головой, показав на ноги, — прости, но я всё равно не пойду.

— Нашла проблему… — пробормотал эльф и внезапно подхватил меня на руки — я не успела даже пискнуть. — Так дойдём. А там я тебя поставлю, не волнуйся.

Я испытывала жуткое желание взбрыкнуть, вырваться, воспротивиться, но промолчала — это было неразумно. Другого решения, кроме как вернуться назад, в здание академии, я предложить не могла, поэтому предпочла немного потерпеть. В конце концов, Коул всего лишь несёт меня на руках по парку, не лапает и не тискает. Пока ничего лишнего не позволяет — пусть несёт.

Дождь прекратился неожиданно, словно кто-то наверху решил закрутить кран с водой. По зонтику перестали стучать капли, под ногами оказалась сухая плитка, и я зашевелилась, пытаясь выбраться из рук Коула. Он усмехнулся и поставил меня на землю, на секунду сжав ладонями мою талию, а потом сразу отошёл на шаг назад.

— Смотри, как тебе? Я набрёл на это место случайно, когда однажды гулял в парке во время дождя. Вот эта беседка и площадка, на которой она стоит, накрыты специальным куполом от воды. И ещё те две аллеи. Сейчас не видно, но там растут какие-то деревья, которые до сих пор цветут, несмотря на осень. На одной аллее жёлтые цветы, а на другой — розовые.

Видно действительно было не очень, несмотря на фонари. Но светили они тускло, вечер был уже поздний, так что единственное, что я могла рассмотреть, — это деревянную беседку, казавшуюся ослепительно белой даже в полумраке, фигурную плитку под ногами и сами фонари, похожие на большие металлические колокольчики. Вокруг них кружились, будто танцуя, полупрозрачные вечерние мотыльки.

Здесь было очень тихо. Так тихо, что мне чудилось — я слышу, как взволнованно вздымается грудь Коула, как он переминается с ноги на ногу и как мотыльки легко бьются о стекло, пытаясь попасть к манящим огонькам.

— Дождя совсем не слышно…

— Купол не пропускает и звуки снаружи. Надо спросить у Дин, но мне отчего-то кажется, что это чья-то дипломная работа. Я слышал, что ректор всегда разрешала экспериментировать с устройством академии своим лучшим студентам.

Он так сказал — «своим лучшим студентам», — как будто не относился к ним. Словно не учился сейчас здесь. Это неприятно резануло, но переспрашивать я не стала — и так было понятно, что Коул имел в виду дипломников Эмирин, а я просто что-то себе нафантазировала.

— Пойдём в беседку? — спросил эльф, касаясь моего локтя. — Там красиво.

— Ты был?

— Да, заходил в прошлый раз.

Мы поднялись по ступенькам, зашли внутрь, и я охнула: показалось, что беседка увита мелкими белыми вьюнами, которые покрывали здесь всё пространство, кроме пола и лавочек. Но, приглядевшись, я поняла, что все цветочки и листочки вырезаны из того же дерева, что и сама беседка.

— Потрясающе… — выдохнула я, касаясь кончиками пальцев искусно сделанного цветка. Листок, стебель — всё было как живое, только белое, словно присыпанное сахарной пудрой. — Гораздо лучше дворцовой роскоши…