Книга История (не) Белоснежки, страница 20 – Ямиля Нарт

Я почувствовала, как все взгляды на площади устремились на меня. Белоснежка еще сильнее прижалась к моей юбке. Я выпрямила спину, собирая в себе все остатки холодного достоинства, что осталось от старой Морганы.

— Корона, — произнесла я четко и громко, — милует и наказывает по своему усмотрению, магистр Аларик. Таланты этого человека могут послужить королевству. В твоих услугах мы более не нуждаемся. Доброго пути.

Аларик фыркнул, но его взгляд не отрывался от Геральдиса. Тот, словно только сейчас заметив его, сделал преувеличенно изумленное лицо и склонился в таком поклоне, что кандалы на его запястьях громко звякнули.

— Магистр Аларик! Какая честь встретить вас здесь, на прощании! Не тревожьтесь о своих творениях. Я, конечно, не обладаю и десятой долей вашего могущества, но кое-какие бытовые чары… попробую поддержать. Чтобы королеве было тепло и светло, пока она размышляет о своем выборе.

Это была последняя капля. Лицо Аларика исказила судорога чистой ненависти. Он поднял руку, и воздух вокруг него буквально затрещал от сконцентрированной магии. От мужчины повеяло запахом озона. Слуги, несшие его сундуки, в страхе отпятились.

— Ты совершила роковую ошибку, Моргана, — его голос прозвучал не только в ушах, но и прямо в моей голове, леденящим, интимным шепотом, от которого по спине побежали мурашки. — Этот замок станет твоей гробницей. Орден магов узнает, как королева Олденира предпочла им бродячего шута. Ты будешь одна. Совершенно одна.

Он резко развернулся, его плащ взметнулся, как крыло хищной птицы. Не оглядываясь, не отдавая больше никаких приказов, он направился к ожидавшей его у ворот закрытой карете. Его слуги, перепуганные, бросились догружать сундуки.

И в тот самый миг, когда дверца его экипажа захлопнулась, в замке что-то изменилось. Я физически почувствовала это — будто гигантский, невидимый механизм, тихо работавший где-то в основании стен, вдруг замер. Теплый поток воздуха, всегда исходивший от каменных плит пола в главном дворе даже зимой, иссяк. Стало резко, ощутимо холоднее. Где-то в глубине здания с грохотом, разносящимся эхом по коридорам, захлопнулась тяжелая дверь.

Аларик не просто ушел. Он демонстративно сорвал с замка последние покровы своей магии, оставив его беззащитным и холодным.

Я заставила себя выдохнуть и обернулась к Элвину.

— Отведите господина Геральдиса в северную башню. Дайте ему помыться, найти чистую одежду и накормить. Он будет работать там. Поставьте у двери охрану. Для его же безопасности.

Элвин, на лице которого было написано чистое любопытство, кивнул и повел иллюзиониста прочь. Геральдис на прощание бросил мне очередной шутовской поклон, но в его голубых глазах, мелькнувших в мою сторону, я увидела не безумие, а острую, живую оценку ситуации.

— Пойдем, — тихо сказала я Белоснежке, чувствуя, как дрожь наконец отпускает мои колени. — Здесь холодно.

На следующее утро проблемы начались всерьез. Фрида, принесшая завтрак, была бледна.

— Ваше Величество, в восточном крыле просто ледяной сквозняк. Камины едва горят. А на кухне Марта жалуется — вода из крана еле течет, и чуть теплая. Говорит, так никогда не было.

Я знала, что так и будет. Но знать и чувствовать — разные вещи. Я приказала позвать Геральдиса в мой кабинет.