Книга История (не) Белоснежки, страница 27 – Ямиля Нарт

— Три лика явились мне в том Свете. Лик Убывающей Луны — Старухи-Мудреца, что показала мне все нити моего ложного пути, всю гордыню и страх, что вели меня к пропасти. Лик Полной Луны — Воительницы, что вручила мне меч ясности и волю к правосудию. И лик Новолуния — Матери, что даровала шанс. Шанс начать заново. Не как наказание, но как исполнение воли Луны, чьей земной Наместницей, Светоносцем, призвана быть каждая коронованная особа Олденира.

Я видела, как Ансельм слегка наклонил голову. В его взгляде промелькнуло нечто большее, чем политический интерес. Это была оценка с точки зрения вероучения. Моя история идеально вписывалась в догмат о цикличности и перерождении. Она была не вызовом церкви, а подтверждением её главной истины. Более того, я не просто «очнулась» — мне было «дано условие» свыше. Это возвышало мою миссию до уровня сакрального долга.

Храм Луны — древнейший и главный религиозный институт Олденира, основанный более пяти веков назад первым королём династии Серебряного Венца, Альдрихом I. Согласно хроникам, Альдрих получил видение: серебряный полумесяц, парящий над болотистой долиной, указал ему место для будущей столицы. На этом месте был заложен первый камень храма, а затем и замка.

Основная догма — всё в мире циклично, как фазы луны. Нет окончательной смерти, есть лишь переход и перерождение. Это утешает народ и легитимизирует династию — короли приходят и уходят, но корона (как луна) остаётся

Короли и королевы Олденира считаются «Светоносцами» — земными наместниками Лунной Богини. Их коронация — это обряд «Серебряного Брака», когда монарх символически сочетается с Волей Луны. Королевская регалия — Диадема Полумесяца — хранится в Храме и возлагается на голову правителя верховным жрецом/жрицей только во время этого обряда.

Моргана, будучи чужеземкой и воспитанной в более светской традиции, относилась к храму с прохладным пренебрежением. Она редко посещала службы, сократила (тайно, через Конрада) некоторые денежные потоки в храм, предпочитая тратить на алхимиков и магов. Это создало глубокую трещину между троном и алтарём.

Теперь моя легенда была не просто личным опытом или удобной ложью. Она становилась политико-религиозным манифестом. Я не просто выжила. Я прошла через мистическое преображение, санкционированное самой сутью государственной религии. Любые попытки врагов объявить меня «одержимой» или «самозванкой» теперь можно было парировать куда более весомым обвинением в святотатстве и отрицании основополагающих догм Храма. Они оспаривали бы не моё право, а волю Богини, что делало их еретиками в глазах народа и самой церкви.

— Мне был дан шанс вернуться с порога вечной ночи, но с одним условием: очистить дом от скверны, что его отравляет. Я вернулась не прежней. Я вернулась с новыми знаниями и новой силой.

Я сделала паузу, давая словам впитаться, а затем продолжила, уже более спокойным, деловым тоном, который контрастировал с только что прозвучавшей угрозой.

— Теперь о том, как мы будем действовать. Наш первый приоритет — стабилизация. Магистр Аларик покинул свой пост, потому что не смог принять новые приоритеты короны. Его личные амбиции вступили в противоречие с интересами государства. Я не могла допустить, чтобы человек, от чьей лояльности зависят защита и благополучие замка, ставил свои обиды выше долга. Его уход — это следствие его выбора, а не моего каприза.