Книга Тиран, я требую развод!, страница 4 – Элайра Вэлморн

— Но… его величество… он всегда завтракает один…

— А сегодня сделает исключение, — я встала, игнорируя слабость в ногах. — Сообщи на кухню. И передай его величеству, что его жена окажет ему честь своим обществом. И поживее!

Я сама не верила в собственную наглость. Кирия не то что завтракать, дышать в одну сторону с Эдвином боялась без его разрешения. Но я должна была ломать шаблоны. Резко, безжалостно, чтобы у него не осталось времени опомниться.

Пока слуги в панике носились, выполняя мои безумные приказы, я занялась гардеробом. Шкаф Кирии был унылым зрелищем. Серые, блекло-голубые, мышиного цвета платья. Скромные, закрытые, без единого намека на цвет или форму. Одежда жертвы.

— Сжечь все это, — прошипела я, вытаскивая очередную тряпку. — Я хочу новое платье. Сейчас же.

Лина чуть не плакала.

— Ваше величество, но портниха… новый заказ… это займет недели…

— Меня не волнует! — я обернулась к ней. — В этом замке есть хоть одно платье, в котором я не буду выглядеть как бедная родственница? Хоть одно, которое не пропитано слезами и отчаянием?

Лина, всхлипывая, покопалась в дальнем углу гардеробной и извлекла нечто. Это было платье из темно-красного, почти бордового бархата. Старомодное, явно давно не ношенное, но… оно было ярким. Смелым. С довольно глубоким, хоть и прикрытым кружевом, вырезом. Идеально.

— Готовь его. И поживее. Король не любит ждать.

Через полчаса я смотрела на свое отражение. Платье сидело идеально, подчеркивая хрупкость фигуры, но цвет… цвет менял все. Он придавал бледной коже аристократичности, а в глазах зажигал синие огоньки. Я велела Лине собрать волосы в высокую, сложную прическу, открывая шею. Синяк на щеке все еще был заметен, но я не стала его замазывать. Пусть смотрит. Пусть помнит.

Когда я вошла в Малую столовую, Эдвин уже был там. Он сидел во главе длинного стола, идеально прямой, холодный и прекрасный в своем одиночестве, как статуя. Он даже не поднял головы, когда я вошла. Словно я была пустым местом.

Ну, это мы сейчас исправим.

Я не стала садиться на противоположный конец стола, как делала бы Кирия. Вместо этого я подошла и села на стул рядом с ним. Так близко, что могла чувствовать легкий, едва уловимый аромат его парфюма — что-то терпкое, с нотками сандала и озона.

Он замер. Я видела, как напряглись его плечи. Медленно, очень медленно он повернул голову и посмотрел на меня. Его золотые глаза прошлись по моему платью, прическе, и снова остановились на лице.

— Я, кажется, не приглашал тебя, — его голос был тихим, но в нем звенел металл.

— Какая жалость, — я улыбнулась, беря в руки вилку. — А я так хотела разделить с тобой утреннюю трапезу. Говорят, совместные приемы пищи укрепляют брак. Хотя в нашем случае, боюсь, его уже ничто не укрепит.

Слуги, вносившие блюда, замерли на полушаге, боясь дышать. На столе передо мной поставили тарелку с какой-то кашей. Я с отвращением отодвинула ее.

— Я просила кофе и круассаны. Где они?

Эдвин молчал. Он просто смотрел на меня. И это было страшнее любого крика. Это был взгляд хищника, изучающего странное, непонятное существо, которое само залезло к нему в клетку.

— Ты плохо себя чувствовала, — наконец произнес он. — Лекарь прописал тебе диету.

— Лекаря я уволила, — я пожала плечами. — А диету пропишу себе сама. И она будет состоять из шампанского, устриц и самых дорогих нарядов в этом королевстве. Кстати, об этом.