Книга Тиран, я требую развод!, страница 97 – Элайра Вэлморн

Весь следующий день я провела как в тумане. Я ждала. Ждала его реакции. Придет ли он? Устроит скандал? Обвинит меня в том, что я расковыряла его самую страшную рану? Но он не приходил. Дворец жил своей жизнью, но его эпицентр, его темное, яростное солнце, казалось, замерло.

К вечеру я не выдержала. Я сама пошла к нему. Не в его спальню, нет. Я пошла в библиотеку. Я была почти уверена, что найду его там.

И я не ошиблась.

Эдвин сидел за тем же огромным дубовым столом, где я провела столько часов. Перед ним лежал развернутый свиток. Он был так поглощен его изучением, что даже не услышал, как я вошла. Комната была освещена десятками свечей, которые он, очевидно, приказал принести. Их пламя отбрасывало на его лицо дрожащие, нервные тени. Он был без своего вечного черного камзола, в простой белой рубашке, рукава которой были закатаны до локтей. Его темные волосы были в беспорядке, он то и дело запускал в них пальцы. Он выглядел… как ученый. Как алхимик, пытающийся разгадать секрет философского камня. В нем не было ничего от короля-тирана. Только отчаянная, напряженная сосредоточенность.

Я тихо подошла и встала за его спиной, глядя на свиток через его плечо. Руны были сложными, витиеватыми, похожими не на буквы, а на застывшее пламя. Они были прекрасны и абсолютно непонятны.

— Ничего, — сказал он, не оборачиваясь. Его голос был хриплым от долгого молчания. — Это просто бессмысленный узор. Насмешка.

— Нет, — ответила я тихо. — Игнис не стал бы лгать. Ответ здесь. Ты просто должен найти способ его прочесть.

Он резко обернулся. В его глазах, лишенных привычной ледяной брони, плескалась усталость и отчаяние.

— Найти способ? — он горько усмехнулся. — Я смотрю на эти знаки уже двенадцать часов подряд. Я пробовал все. Я пытался сопоставить их с древними алфавитами. Я пытался найти в них закономерность. Ничего. Это просто рисунки.

— Может, их нужно не читать, — предположила я. — Может, их нужно… чувствовать?

Он удивленно посмотрел на меня.

— Игнис сказал, что только тот, в ком течет кровь обоих родов, сможет их понять. Кровь. Может, дело в этом? Попробуй прикоснуться.

Это была интуитивная догадка, вспышка озарения. Он с сомнением посмотрел на свиток, потом на свою руку. Медленно, с явной неохотой, он протянул руку и коснулся пальцами древнего пергамента.

И в этот момент произошло нечто странное. Руны, до этого бывшие просто черными чернильными знаками, на мгновение вспыхнули тусклым, золотистым светом. Так слабо, что можно было подумать, что это просто игра теней от свечей.

Но мы оба это видели.

Эдвин отдернул руку, как от огня. Он смотрел на свиток с суеверным ужасом.

— Что… что это было?

— Это ответ, — прошептала я, и мое сердце заколотилось от волнения. — Он реагирует на тебя. На твою кровь. Попробуй еще раз. Но не просто коснись. Сосредоточься. Попытайся… поговорить с ним. Как я говорила с Демоном. Не словами. Мыслями.

Эдвин посмотрел на меня, и в его взгляде была борьба. Скептицизм боролся с отчаянной надеждой. Но он был загнан в угол. Поэтому был готов попробовать все.

Он снова положил руку на свиток. Закрыл глаза. Его лицо стало напряженным. Я видела, как ходят желваки на его скулах. Я почти физически ощущала ту колоссальную внутреннюю работу, которая происходила в нем.