Книга (не) Принцесса и ее мужчины с планеты фантазий, страница 44 – Анюта Тимофеева

— Здесь могу хотеть только я! — оборвала она мечтания.

Но я все же робко понадеялся, что наши желания могут совпадать…

Девушка неторопливо обошла меня кругом, касаясь плеч и груди, рисуя на них невидимые узоры пальцами, ласково перебирая волосы. Она отстранилась, а я невольно потянулся за ее рукой, продлевая ласку. О гордости речи не было, я уже понял, что приму все, что она сделает, и попрошу продолжения.

— Поднимись, — сказала она.

Я поднялся на ноги, а она подошла совсем близко, так, что мой взгляд помимо воли остановился на легкой полупрозрачной блузке с провокационно расстегнутым воротом. Вот еще бы чуть-чуть, и можно было полюбоваться красивой грудью… а пока с усилием отвел взгляд, стараясь не провоцировать и смотреть ей в глаза.

Но девушка вдруг наклонилась и коснулась губами моей груди, целуя сосок, а потом легонько прикусывая его. Я вздрогнул от неожиданности, а еще от возбуждения, вдруг прострелившего все тело. Но возглас сумел сдержать, и второй укус-поцелуй принял тоже молча, только дыхание участилась, и стало, кажется, слышным нам обоим.

Но это было далеко не все: она вдруг взяла со столика какие-то предметы… и поднесла их к моей груди! Про зажимы для сосков я слышал, но на себе не пробовал. А вот теперь один из них ужалил меня, распространяя тягучую боль дальше! Наверное, болевой порог у меня все же низкий, или совсем мало практики в подобных делах, потому что я невольно отшатнулся, увеличивая при этом боль резким движением. Девушка улыбнулась, добавляя зажим на второй сосок, а между собой они оказались соединены цепочкой. Больно… а потом, неожиданно, к ощущениям добавилось возбуждение, особенно когда нежные и властные женские губы снова вернулись мне на грудь, поцеловав и чуть прикусив больные места. Штаны резко стали тесными, очень тесными, особенно когда она потерлась о мой пах своим телом. Кажется, я понял, что значит «повело»: перед глазами появилась пелена, все мысли сосредоточились на одном желании — не отпускать девушку, продолжить, кончить!

— Снимай штаны! — сказала она, и я, обрадованный, тут же выполнил приказание.

— На кровать, на колени, продолжила она.

Я снова все выполнил, недоумевая, почему такая странная поза. Цепочка с зажимами при каждом движении добавляла новых, не всегда приятных, ощущений.

— Сюда протяни руки! — велела девушка, указывая на… манжеты от наручников, тянущиеся от изголовья кровати? Я вопросительно взглянул на нее, но девушка снова мотнула головой, требуя исполнить указание.

На кровати, стоя на локтях и коленях, я услышал следующие слова:

— Кляп?

— Нет, пожалуйста, не надо! — испугался я. Наручники, кляп… что еще? Я вдруг представил себе еще глухую маску, такую, в которой меня привозили вот клуб. — Не надо! — снова попросил, давно забыв о гордости.

— Кляп, — повторила она, поднося к моему лицу этот самый кляп с ремешками. И я, в каком-то приступе бессилия, позволил протолкнуть в рот этот чужеродный предмет, сразу начавший давить на челюсть и даже мешающий дышать.

— Ты можешь дышать, не пугайся! — вдруг участливо сказала девушка, погладив меня по скуле, и вытирая салфеткой слюну, которая с непривычки потекла из уголка рта. За это я был ей благодарен, кажется, больше всего — ужасно ощущать себя настолько беспомощным! — Спокойно, спокойно, потом уберу, — снова погладила она меня по щеке.