Книга В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит!, страница 59 – Елена Ловина

Я в тот момент смотрела на Шушу, которая не слезала с плеча профессора и даже не спешила ко мне на руки. У белки-летяги были вполне искренние удивленные глаза величиной с блюдце, что я ей поверила — про то, откуда ко мне попал Ягель, мэссин Лианел узнал не от нее.

— Недавно, — осторожно ответила и покосилась на Итана. Парень стоял рядом, внимательно изучал ворона, но и на профессора поглядывал собранно, словно готов был в любой момент дать отпор.

Эх, до чего ж он становится серьезным, когда разговоры поворачивают в неприятное или опасное русло. Интересно, он на игре такой же собранный и серьезный?

— Это и видно, — тем временем ответил профессор, следя, как Ягель черными маленькими взрывами метался над левадой, — никакой стабильности. Вы бы его уже привязали к себе, лэсси Миович, иначе он вернется за грань раньше, чем вы сможете расспросить его о причинах возвращения.

— Разве его цель не стать моим фамильяром, чтобы стабилизировать мою магию? — вполне искренне спросила я, удивляясь, что у ворона есть вообще причина вернуться из-за грани в наш мир, когда по всем законам магии он должен был развеяться в пространстве после смерти деда.

— Обычно стать чьим-то фамильяром — это только средство, чтобы выполнить основную, самую важную, миссию.

— Я думала, что это только сказки, что можно вернуться из-за грани.

— В нашей семье фамильяр троюродного деда вернулся, правда не понятно, что у него была за миссия — он постоянно гадил в тапки теткиной гувернантки и больше ничего не делал, — задумчиво сказал Итан, продолжая почесывать Руфи между ушек. — А еще говорят, что фамильяры в королевской семье постоянно возвращаются и делятся своими знаниями с правителями.

— Если они делают это также, как Ягель со мной, то не удивительно, что в наших королевствах еще нет полной благодати, а порталы между мирами до сих пор открываются, — на мое замечание профессор снисходительно усмехнулся, словно я неразумный ребенок и ляпнула что-то чрезвычайно глупое.

Некоторое время мы молчали, наблюдая, как вспышки темного дыма появляются то тут, то там, заметно прибавляя плоти и перьев в конце перемещения.

— Ягелю не хватает стабильности в этом мире — любому, кто пришел из-за грани, нужен якорь, — пояснил профессор и, вынув из кармана крупный орех, передал его Шуше — белка буквально светилась восторгом, словно мэссин прочитал ее мысли. — Эти его переходы в дымообразное состояние как раз говорят о том, что у него нет якоря.

— Я пыталась, — честно призналась я в своем провале, после которого Ягель надо мной смеялся несколько дней, заявляя, что я не то, что недоучка — я полный ноль.

— Не расстраивайтесь, лэсси Эдера, — это очень сложный процесс, даже для сильных магов, а не только для простых адептов. Возможно, появление фамильяра из нашего мира поможет вам в этом деле.

Мы все синхронно посмотрели на Макела, развалившегося в центре подстилки из соломы и ни сколько не переживавшего из-за потери в габаритах. Белый медалист считал себя королем в любой ситуации и не собирался забивать голову такими мелочами, как рост и вес, тем более одна поклонница у него была в любом его состоянии.

— Профессор, так как же такое возможно? То, что случилось с Макелом?

— Над этим вопросом нужно крепко подумать, причем не один час — день, точно, один день.