Книга Три нити Поднебесной, страница 21 – Моргана Маро, Ирина Голунцова, Александра Альва

Выйдя на помост в окружение девочек, звенящих жезлами с колокольчиками на концах, Югао присела на мягкую подушку, что находилась за развешенным полупрозрачным пологом, и выдохнула. Над святилищем разнёсся шёпот восхищения, и она расслышала сквозь шум обрывки фраз:

«Кто эта таинственная госпожа?»

«Никогда её не видел, но уже хочу посвятить ей стихи…»

«Кажется, моё сердце теперь отдано этой прекрасной особе!»

Появление неизвестной исполнительницы, чьё лицо могли узнать только придворные дамы и слуги из покоев Кири-но ё, произвело на аристократов неизгладимое впечатление, и каждый выразил желание после выступления быть представленным юной госпоже.

Но она смотрела не на них. Поодаль от собравшейся толпы на мостике, перекинутом через пруд, стоял в одиночестве мужчина. Его голову украшали изящные рога цвета нежно-розовых бутонов сливы, а длинные светлые волосы того же оттенка ниспадали на плечи, что считалось до крайности неприличным, но никто вокруг как будто не замечал его вызывающего вида.

Из-за занавеса Югао не могла разглядеть лицо, но чувствовала всем своим существом, что это Сэйдзю-сама. Он принял человеческий облик и пришёл послушать её музыку… Пальцы сразу задеревенели, а плечи затекли, словно она сидела неподвижно с самого утра.

«Не волнуйся, мне понравится всё, что ты сыграешь»,– передал он ей мысленное послание, и Югао всё же набралась смелости, чтобы коснуться струн и начать своё выступление.

Старая бива в её руках чуть подрагивала, и нежные звуки, что переливались подобно воде, падающей в каменный колодец, заполненный летними цветами, растекались по святилищу. Мелодия иногда прерывалась, но вновь начинала нарастать уже более уверенными нотами, рассказывая безмятежную историю о зелёных лугах, снежных вершинах и оленях, что гуляли в бескрайней долине.

Пусть на улице и стоял полдень, но вокруг Югао один за другим загорались белые светлячки, сплетающиеся в причудливые цепочки и озаряющие помост неземным сиянием.

— Лесные духи… Это лесные духи! – прошептал кто-то с восторгом. – Похоже, юная госпожа угодила Ояма-но кими своей игрой! Такого ещё не бывало на нашем празднике!

Огоньки танцевали рядом с Югао, отчего толпа замерла в благоговении, а принцесса же не могла отвести взгляд от человека на мосту. Их разделяло не меньше трёх дзё^[19], но казалось, что кирин стоял очень близко, а в ритуальном зале не было никого, кроме мерцающих над головой маленьких лесных духов.

Последний протяжный звук раздался в тишине, и всё наваждение исчезло в то же мгновение. Больше никто не видел светлячков, и Югао осталась на сцене одна.

* * *

Вознеся молитвы и дары Ояма-но кими, аристократы разбрелись по святилищу, чтобы продолжить празднование. Кто-то уже занял места в саду, начиная состязания по рэнга^[20], а кто-то гулял по окрестностям, любуясь цветущими вьюнками, которые оплетали заборчики и распускали лепестки ближе к вечеру.

Придворная дама Нанасэ вела Югао по тропе мимо аллеи каменных фонарей, чтобы избежать встречи с навязчивыми кавалерами, которые подстерегали таинственную гостью праздника на главной улице. После выступления знатные девушки из дворца пригласили её в один из дальних залов поиграть вместе в каи-авасэ^[21], поэтому принцесса решила прогуляться в ту сторону, прикрыв лицо широким веером.