Книга Луна освещает путь в тысячу ли. Том 1, страница 92 – Александра Альва

Отсюда же открывался вид на деревню: все переулки ярко светились, будто ведя путников разными дорогами к одной точке – подножию горы, на вершине которой стоял величественный храм.

Фэн Мэйфэн приоткрыла рот от удивления и позабыла о своей боли – слишком завораживающей казалась эта картина.

— Ван Юн, а расскажи, как вам удаётся столько веков бодрствовать только ночью? – заговорил Гэн Лэй и подошёл к небольшому валуну, на который уже уселся сын госпожи Ван. – Неужели вам совсем не нужно солнце, чтобы существовать?

— Те, кто получил благословение Луны, не нуждаются в солнечных лучах! – Ван Юн достал из-за пояса кинжал и ловко прокрутил его в руке. – Наши техники гораздо сильнее ночью, да и мы чувствуем себя лучше под покровом тьмы. Ты как будто историю не учил.

— Мне просто интересно, правда ли, что совершенно все жители ведут ночной образ жизни? У вас же и крестьяне есть, иначе чем бы вы питались?

— Раз уж сейчас ты дорогой гость клана Ван, я тебе расскажу, – ухмыльнулся Ван Юн и указал на мерцающую тень храма. – Знаю, что про нас ходят разные слухи, но на самом деле всё довольно просто: мы – верхняя деревня, где живут и тренируются адепты школы Юэин, а там, с другой стороны горы, где сейчас не горит свет, находится нижняя деревня Юэ. Они живут совершенно обычно: возделывают землю, пасут скот и отдают нам часть продовольствия, а мы в ответ защищаем их и иногда даём лунные камни на продажу, которые добывают наши монахи.

— Вот оно как.

— Честно говоря, ты ужасно скучный собеседник! – вздохнул Ван Юн, подкинул кинжал и направил остриё на Гэн Лэя. – Ну раз уж ты задал свои вопросы, могу я задать свои?

Мэйфэн отвлеклась от рассматривания светящихся огней, похожих на россыпь Серебряной реки в небе, и обернулась к двум своим провожатым, почувствовав вновь возникшее между ними напряжение.

— Почему тебя привезли в нашу деревню? Что ты такого натворил? Судя по твоему личику, ты вполне мог быть замешан в запретной связи… Или же ты просто посмешище всей школы, поэтому тебя и выгнали из города Люцзэ? Расскажи-ка, друг, это очень интересно.

— Не твоё дело! – огрызнулся Гэн Лэй и уже собрался вернуться к Мэйфэн, но слова сына госпожи Ван его остановили.

— Из-за тебя я не могу тренироваться, как раньше: ты постоянно находишься где-то рядом и раздражаешь своим присутствием! Да и что ты вообще можешь? Хорошо драться? Не думаю. Вы с господином Гэном выглядите так, словно не представляете школу боевых искусств, а только шпильки и заколки в волосы вставлять умеете.

— Ты ничего не знаешь! – ответил Гэн Лэй холодно и отвёл Мэйфэн в сторону, поставив её спиной к забору богатого дома, после чего обернулся к Ван Юну и продолжил: – Не смей так говорить обо мне и тем более о моём отце.

— А то что?

— А то я выбью из тебя всю эту спесь!

Меч Гэн Лэя вылетел из ножен, и Мэйфэн вздрогнула, услышав знакомый высокий звук металла. Она испуганно вжалась в каменную кладку стены и схватилась за своё правое запястье – рука начала содрогаться, а крики, которые преследовали её каждый день после пробуждения, вновь заполнили уши.

Ван Юн ухмыльнулся и выхватил из маленьких ножен второй кинжал. Он всё ещё сидел на камне, но в следующее мгновение растворился в тени, которую отбрасывало дерево, стоящее около валуна, и вскоре вновь появился позади Гэн Лэя, намереваясь подобраться к шее противника. Мерцающий в темноте цзянь со звоном встретил кинжалы и расчертил воздух огненными следами ударов, от которых сын госпожи Ван еле уклонился.