Книга Когда отцветает камелия, страница 158 – Александра Альва

— Нет. Я не хочу этого! – Она отшатнулась от Юкио, словно его прикосновения внезапно причинили ей боль. – Здесь я нашла семью, дом и друзей, я нашла тебя! Мы с Кэтору-сан, Хару-сан, каннуси Кимурой-сан и новыми мико вместе защищаем святилище, город и простых людей. Я пишу картины и учусь каллиграфии, чтобы создавать свои свитки, я помогаю искать ёкаев и очищать их души от сожалений! Я просто счастлива здесь рядом со всеми! И что ты предлагаешь? Хочешь лишить меня духовной энергии, памяти и зрения, чтобы я больше никогда не смогла увидеть или услышать никого из вас? И зачем мне такая жизнь? – Она выдохнула и снова закашлялась, отбрасывая протянутую Юкио руку. – Раньше я и правда считала силу акамэ проклятьем, от которого нужно как можно скорее избавиться, но именно благодаря дару я попала в святилище Яматомори. Я узнала, что не все ёкаи желают мне зла и что не все они любят причинять вред людям. Они такие же, как мы, несчастные, одинокие, брошенные в этом мире на произвол судьбы. Как я теперь могу обо всём забыть?

— Но иначе ты умрёшь! – возразил Юкио и впервые за свою долгую бессмертную жизнь ощутил настолько гнетущую беспомощность. – Я тебя никогда не оставлю, даже если ты лишишься воспоминаний и зрения!

— Нет! Ты же обещал, что мы будем искать выход до тех пор, пока не получится. Ты говорил, что есть ещё одно существо, которое может знать, как избавиться от благословения Инари другим способом. Давай пойдём к нему, ещё есть надежда!

Юкио приложил ладонь ко лбу и сильно надавил пальцами на виски.

— Ладно. Сегодня я отправлюсь туда и попробую хоть что-то разузнать.

— Я с тобой.

— Это невозможно. Я воспользуюсь магией торий для перемещения между святилищами, чтобы быстрее вернуться назад. Если возьму тебя с собой, то энергия богини Инари, пронизывающая ворота, может убить твоё ослабленное тело.

Цубаки и сама прекрасно знала, что после потери души не могла часто применять магию или подвергаться её воздействию: жизнь и так утекала, словно вода сквозь сито для промывания риса, и пустота внутри с каждым днём всё больше вытесняла всё, что когда-то казалось важным. Но самым невыносимым для акамэ было смиренное ожидание своей участи.

— Ладно, тогда сегодня я помогу Хару-сан с составлением календаря, который нам недавно заказали, – сказала она чуть хриплым после долгого кашля голосом и натянула на лицо фальшивую улыбку.

— Пойдём домой, я сделаю тебе чай.

Юкио вновь поймал холодную ладонь Цубаки, согревая её руку своим теплом, и повёл акамэ по тропинке к саду камней.

* * *

В очаге тихо потрескивал огонь, обнимая янтарными языками чугунный чайник, который был подвешен на мерно покачивающемся бамбуковом столбе. Комната наполнялась тёплым воздухом и ароматом горячей воды.

Цубаки сидела недалеко от очага скрестив ноги и рисовала угольком, положив лист бумаги перед собой на татами. Огонь вспыхнул ярче, когда из-за ширмы вышел переодетый в тёмное кимоно Юкио: белые волосы свободно струились по спине, достигая поясницы, а когти, хвосты и уши исчезли, что сделало кицунэ похожим на обычного человека.

Оторвавшись от картины, Цубаки окинула хозяина дома взглядом, приподняла брови и тут же подавила смешок. Он заметил странное поведение акамэ и недовольно сложил руки на груди.